《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш) — читать онлайн бесплатно полностью

Оттого и лицо юноши белело первым снегом. Лазурь глаз нынче имела иной, глубинный свет, который будто исходил изнутри, а чело украшал венок из полевых цветов.

Любо было улавливать чувственное созвучие нежных васильков, что сплетались в венке, с голубыми глазами юноши, что выглядывали из-под чёрных ресниц.

Иоанн не сводил взгляда со слуги, покуда юноша медленно склонился в поклоне, не дав венку пасть с головы.

Всё то время никто не обмолвился ни словом. Басманов всё выжидал, не решившись заговорить вперёд владыки.

Заместо того Фёдор занял кресло рядом с царём, да погладывал на бумаги и письма, что разостланы были бескрайним ковром на столе, сундуках, на подоконнике, а пара сочинений и вовсе лежали на полу, уж удостоившись пары следов царского али иного сапога.

- Ишь ты гляньте-ка, який боярин пожаловал. – улыбнулся Иоанн, откладывая письмо. – Вся братия уж на задании, а сам Басманов нынче пожаловал!

В голосе Иоанна теплилась наигранность да драчливость, коия уж не впервой забавляла молодого опричника. Юноша с радостным сердцем воспринял настрой государя, да в добром расположении духа занял место подле него.

- Где же мне быть, как не здесь, подле вас, ясный месяц мой? – спросил юноша.

Тот голос был напрочь лишён того трепета, коий присущ слугам пред своими господами. Опричник смотрел на государя с любопытством, с живым чаянием величественной силы.

- Что же с тобой стало в ту ночь? – спросил Иоанн, вновь обратившись тяжёлым взором к письму.

Царь вновь обмакнул письмо в чернила и продолжил излагать волю свою на бумаге. Фёдор же пожал плечами."

"- Право, и что об том молвить? – будто бы сам себя вопрошал юный опричник. – Малость угорел, только и всего.

Иоанн уж и не силился сохранить холодный вид. Владыка отложил рукопись, да рассмеялся, мотая головой. Царь поднял взгляд на Фёдора. Юноша, по обыкновению своему, пребывал в лёгкой беспечности. То нравилось великому царю, ибо вечно читал он во взгляде князей да слуг своих лишь раболепный страх.

Ныне же Басманов глядел на него с такой чудной прозорливостью, что способна была поднять со глубин души Иоанна чувства, коие уж успелись забыться. В том было много света, иначе бы не мог описать сам царь. В том было премного лёгкости, да притом и премного огня потаённого, который давался свету редкими языками, вспыхивая где-то в глубине этих голубых глаз, прикрытых густым рядом чёрных ресниц.

- Угорел, значится? – усмехнулся сам себе Иоанн.

Фёдор же усмехнулся, да пожал плечами. Цепкая память Иоанна уж изловила жесты юноши. Не дивился он тому, как юноша пожал плечами, да улыбался, точно той улыбкою пытался скрыть виновность али участность в том или ином деле. По сердцу были манеры юноши, того не скрывал царь.