《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш) — читать онлайн бесплатно полностью

- От и славно, – прошептал юноша, ложась на грудь Иоанна, подложивши под голову сложенные ладони.

…

Раскланялся холоп, да видно было – ни с чем пришёл.

- Помилуйте, помилуйте, барин! – взмолился он, разводя руками. – Нету ответа с государевых покоев!

Алексей Басманов поджал губы, хмуро глядя на холопа.

- А Федя? – вопрошал опричник, явственно давая вразуметь – неча ныне испытывать гневу его.

Глаза крестьянина трусливо и беспомощно забегали, и во страхе пред барином сглотнул несчастный.

- Не сыскал… - боязно признался холоп.

С уст опричника сорвалась глухая брань. С его малого замаху холоп уж прикрылся, да сдержался Басман, чтобы не пуститься с кулаками на окаянного.

- Пошёл вон, пока не велел задрать собаками! – огрызнулся Алексей.

Когда нерадивый мужичок раскланялся, да судорожно уж ноги уносил, трое опричников – Басманов, Скуратов да Вяземский, переглянулись между собой.

- И что ж? – спросил Афанасий, обращаясь к Алексею.

- Неужто мне-то ведомо? – всплеснул руками Басманов.

Малюта почесал затылок, малость переменившись на ногах. Опричники украдкою поглядывали – мельком, ненароком, - на пустовавший трон царский.

- От же Владыка Небесный бережёт Федьку твоего. – произнёс Малюта.

Алексей поглядел на Скуратова, пребывая в духе скверном, суровом.

- Ежели и проспал, али запил, али иною судьбинушкой не является к часу должному на службу, так и государь уж не зрит сего промаха. – произнёс Скуратов. – От и нынче – славно же, Алёш! И впрямь славно – ежели сынишка твой и запропастится, так и государя нигде не видать.

Басманов с короткой усмешкой пропустил мимо ушей слова Скуратова, не найдя сей миг пригодным для склоки да распрей.

Дело шло уж к полудню, когда Алексей вышел навстречу сыну. Сразу же Басман-отец принялся поглядывать за спину отрока, али в иной стороне коридора выискивать высокую фигуру владыки.

- А царе? – тихо спросил Алексей, покуда с сыном переступали порог просторной палаты, где безмолвно пустовал трон.

Глаза юноши разбегались от расстилающегося пред ним богатства. Вдоль стен уж не куда было ступить – устилалися всюду парчовые ткани да тафта, да одеяния княжеские подбитые мехом, подушки с кисточками из златых сплетений, сундуки распахивали алчные пасти, являя миру драгоценные кольца, серьги, браслеты, скипетры, гордо возвещающие своими знамёнами о величии родов.

Разворачивались тяжёлыми полотнами ковры, что дышали неистово пышущем цветом, коего на Руси не сыскать – багряный красный яро будоражил кровь с одного лишь взгляду, синева была сродни глубинам далёких северных морей. Вдоль того тянулись да плелись премудрые узоры.

Подле сбруй, украшенных златом да самоцветами, да подле седел расшитых, блестели палаши чистою сталью, вынутые из ножен узорных.