Не буду гнать её в кремль - у тебя заночуем. Велишь постелить мне?
- Нет, Фёдор Алексеич, будешь спать на полу, как пёс поганый, - ответил Афанасий.
Фёдор усмехнулся, повернувшись к Альберту.
Вяземский с воротился на своё место.
Какое-то время они сидели в тишине.
Альберт осмотрел Фёдора, и заверился, что тревожиться не о чем – боль сходит.
- Кстати, Афонь, - молвил Фёдор, сев вполоборота, - поди, знаю, каким делишком нынче удручён.
Вяземский невесело усмехнулся и провёл рукой по лицу.
- Всё-то он знает, этот Басманов! – вздохнул Афанасий.
- Ага… вот и докладываю, старина – пущай это тебя боле не гложет, - молвил Фёдор, и князь резко обернулся.
- Федя… - с тяжёлым вздохом протянул Афансий, уж не предвещая ничего хорошего.
Заслышав, как переменился тон беседы, Альберт спешно оставил опричников наедине.
- Мы с Малютой… - Фёдор не успел окончить, как Вяземский перебил его.
- Напомнить тебе, с кем дело иметь придётся?! Ты вернулся полудохлым! – негодовал князь.
- И нынче поквитаюсь, - пожав плечами, твёрдо бросил юноша.
Афанасий резко опустил руку на плечо Басманова и заглянул в его глаза.
- Что ты задумал? – вопрошал Вяземский.
- Испрашиваешь меня об том, а сам-то взаправду готов об том узнать? – ответил Фёдор, смело глядя в ответ.
- Федя, что б тебя! – процедил Афоня.
- Полно, княже! И нынче-то чего вспылил? Ты нынче не в ответе за меня! – Басманов поднялся, да скинул руку Вяземского.
Басманов спешно направился к выходу.
- Ради Христа – не дури, - молвил Афоня, притом уж ведая, что едва ли юноша будет внимать ему.
Фёдор остановился, обернувшись на князя. Что-то горело на его устах, но не мог сказать и слова. Сглотнув, Басманов улыбнулся.
- Ты ж знаешь меня, - беспечно бросил он, поведя плечом.
- Ага, - угрюмо ответил Вяземский.
Та напускная беспечность много огорчила князя, и он вернулся к своим трудам.
…
Фёдор рано утром покинул поместье Вяземского.
Места, занесённые белым снегом, с трудом признавались – всё казалось иначе, нежели было раньше.
Он уж хотел было повести к Новгороду, но резко здешние места навеяли мыслишку, притом въедливую донельзя.
«Да вряд ли там нынче чего-то сыщем… Да право же - чем чёрт не шутит? А авось?…»
Фёдор развернул Данку по дороге, ведущей к старым руинам монастыря. Басманов едва ли не проехал мимо тех развален – снег припрятал здешние места преславно. Данка недовольно фыркнула и повело головой, когда они стали у ворот.
Фёдор спешился, оставив свою любимицу.
