В бесконечной тьме ты смотришь на влажную смерть — то, что не может быть выявлено обычными тестами. Каждый день уносит жизнь, но не успевает рассказать о том, что с ней случилось. Ты знаешь, что есть что-то больше, чем просто кровь и мучения. Книга Голод 2 — мир в постоянной борьбе за выживание, где каждое дыхание — опасность.
может прав был Дерек, когда говорил убрать его куда подальше?
- Выглядишь бледной, крошка… - приглушенно прошептал я, зашевелившись, чтобы девушка обратила свои ясные глаза на меня, не видя, куда делся мой водитель, и она тут же повернулась, заставив меня снова захлебнуться своими эмоциями полного счастья и безграничного восторга.
Значит вот такая она, эта любовь? Безумная, необъяснимая, горячая, пряная, каштановая и кареглазая? Словно солнечный зайчик, который слепит тебя и радует?
- Все твоими стараниями, - улыбнулись задорно ее губки и карамельно-янтарные глаза полыхнули солнечными бликами, заставляя и мои губы изогнуться в улыбке. Как так могло случиться, что неотесанную каменную глыбу смог расплавить этот солнечный лучик?
Но не прошло и пары секунд, как уголки розовых губ опустились, заставляя меня хмуриться, когда девушка, принялась старательно разглаживать ворот моего плаща, убирая невидимые пылинки с плечей, растерянно продолжив:
- …я не знаю, что и думать. Все куда-то резко и неожиданно пропали. Сначала ты и Дэм….потом Ник и Генри. Девочки тоже не выходят на связь…я видела кровь на полу в туалете на открытии клиники Генри….может бред, но девочки из клиники сказали мне, что на платном этаже лежала девушка, очень похожая на нашу Соню…Ник говорит, что Генри очень болен, и вы все не можете оставить его… - ее пальчики принялись теребить пуговицу на моей рубашке, когда колкий лед жуткого предчувствия заструился по моим венам, заставляя сердце биться через раз, - эта кровь в клинике….она принадлежала Генри? Ты же знаешь, что он не чужой мне… Скажи мне, Ричард…
Словно две пули в этот момент выпустили в мое сердце одну за другой, зарывая его на части от дроби.
Возможно, мой брат был серьезно ранен…и я не был Ричардом.
Мерзкий привкус крови разъедал мой язык, когда я прикусил изнутри щеку, чтобы только не застонать.
Вот он мой ад. Моя боль. Мое проклятье быть тенью навечно.
Я всматривался в серьезные тревожные глаза девушки, заставляя себя повторять снова и снова, что она видит не меня. Она любит не меня. Её слова и объятья мне не принадлежали…это было больно, словно с меня содрали кожу и сыпали соль прямо на кровоточащую плоть. Но это было нужно.
И глядя в эти чистые распахнутые глаза, я собирал себя самого из мелких осколков, чтобы завершить эту игру, причиняющую слишком много боли.
Рози не верила.
