Сердце корабля сжимается в голоде, как сталь при замерзании. Мерцающие индикаторы на приборной панели и тихий утробный гул двигателей создают мрачную иллюминацию бескрайнего космического пространства. Вместе с бушующим ветром и холодом, ящерами метеоритов и роковой гипотезой о жизни за чертой тьмы, дежурство кажется не просто обязанностью, а узлом, который развязывать можно только пройдя через него....
Джа-аны наносили удары оружием, больше похожим на лазерное, резавшим тела рокшан, словно нож – масло. Зная, что деваться некуда, рокшане дрались как берсерки.
Я ничем не могла помочь без оружия, да и драться со скоростью и силой рокшан я не умела. Поэтому, прижавшись к панели, я с ужасом следила за развитием событий. Джа-анов семеро, а рокшан шестеро, включая первого пилота, который занят вместе со мной. Рантаир стоял спиной к Ронэру, и они отбивались сразу от троих.
Рантаир убрал двоих, пока Ронэр сдерживал третьего и после длинного выпада палкой зацепил еще одного джа-ана, который в паре с другим нападал на Дара, прикрывающего собой раненого Дира.
Он замер на секунду, а потом рухнул как подкошенный. Я завыла и бросилась к нему, не обращая внимания на происходящее вокруг. Упав возле него на колени, аккуратно перевернула его на спину; отверстие на груди оказалось таким же, как на спине.
– Дар, помоги мне отнести его в медитек. У него бьется сердце – значит, он еще жив и его можно спасти.
Дар смотрел на меня несколько секунд, а затем, повернувшись к остальным, попросил:
– Мне нужна ваша помощь.
Они стояли, не двигаясь и тяжело дыша, не решаясь подойти к моему любимому. Я зарычала от злости:
– Ронэр, ты принадлежишь мне, и я приказываю тебе помочь нам донести капитана в медитек.
Он вздрогнул, как от пощечины, но молча кивнул.
С трудом мы донесли Рантаира до медитека. А когда наконец уложили раненого и запустили аппарат, я срезала с него верхнюю одежду и повернулась к помощникам: Дир мини-медитеком восстанавливал обожженные руки Дара и Ронэра.
– Доложите обстановку, ис Дар, пожалуйста.
Он только растерянно повернулся к Труне, и тот решительно заменил его:
– Эльтарина Ева, корабль поврежден настолько, что не сможет пройти атмосферу Крап-чага и, скорее всего, сгорит.
