Темное ночное небо раскрывается грозовыми зарницами, искажая видимость окружающего мира. Одинокий воин на жеребце движется по темному лесу, ожидая прихода стихии. Отчаянный ветер подкидывает мелкие осенние листья в лицо, создавая предчувствие грядущего шквала.
Но императора ведь не пустишь по следу, как обычную ищейку…
Боги, почему же все так запуталось?
Бездумно глядя на звездное небо, видное в окно, я вдруг услышала тихие шаги по коридору, а потом скрип открывающейся двери. И еще до того, как визитер проник в палату, поняла, кто это.
Мужчина осторожно подошел к моей кровати и присел на край.
— Ваше Величество… — пробормотала я, поднимаясь на подушках."
"— Мы же договорились, родная. Только по имени, — усмехнулся мужчина, а потом признался: — Прости, если разбудил.
Я вздохнула. Ну вот и что тут можно сказать?
— Со мной все в порядке.
— Прости меня, — мужчина переплел мои пальцы со своими и прижал и к губам.
— За что? — искренне растерялась.
— Ты пострадала из-за того, что была рядом со мной, — в его голосе слышалась неподдельная боль. — Я так на этом настаивал. А ты чуть не погибла…
— Но вы… — замялась, а потом решилась, — то есть, ты не знал о покушении.
— Но мог предположить.
Наверное, во всем была виновата темнота. Она придала мне нужную смелость и уверенность. Потому что при свете дня я бы точно не решилась ни на что подобное. Но сейчас подалась ближе к мужчине и приложила ладонь к его щеке, погладив горячую кожу.
— Ты не в чем не виноват.
— Спасибо, — он накрыл мою руку своей и улыбнулся. — Если бы ты знала, как я за тебя испугался.
— Догадываюсь, — прошептала еле слышно.
Император хмыкнул, а потом вдруг перетащил меня к себе на колени вместе с одеялом.
— Моя девочка, — горячие губы коснулись щеки. — Я не хочу тебя потерять. Ты очень дорога мне…
Тихо выдохнула и накрыла его губы пальцами. Потому что если сейчас он скажет то, что я втайне мечтаю услышать, наши отношения пройдут точку невозврата. И после этой точки та ложь, что сейчас стоит между нами, станет непростительной.
Так что я собиралась больше не позволять ему говорить. Погладила губы пальцами, потом обняла за плечи, прижимаясь, ближе, и поцеловала.
Мы целовались, как в первый раз, осторожно, изучая друг друга. Касались друг друга, не обращая внимания на разделяющую нас одежду. Я льнула к мужчине, смело подаваясь навстречу каждому его движению. Пропускала сквозь пальцы шелковистые алые пряди. Дарила свою нежность и принимала в ответ его.
Наверное, если бы не мое плачевное состояние, эти поцелуи бы переросли в нечто большее, но император поступил благородно.
