Темное ночное небо раскрывается грозовыми зарницами, искажая видимость окружающего мира. Одинокий воин на жеребце движется по темному лесу, ожидая прихода стихии. Отчаянный ветер подкидывает мелкие осенние листья в лицо, создавая предчувствие грядущего шквала.
— Да, влияние храма глушит его. Но мы немножко поможем.
Он вытащил из кармана маленький кинжал, резанул свою ладонь и подошел ко мне.
— Сделай все правильно, Дионея Исс-Алламир, — прошипел он и схватил меня за правое запястье.
Камень мгновенно разогрелся и так сильно, что я чуть не закричала. В глазах потемнело, а в голове зазвучал голос, такой далекий и такой любимый.
«Дионея? Где ты?»
«Аймрик Исс-Элетус», — вместо ответа выпалила я. — «Он обладает магией Пламени».
«Мы знаем. Дионея, ты можешь позвать меня через камень, дай мне ориентир, я приду и вытащу тебя оттуда».
"«Нет», — отрезала я. — «Это ловушка. Он убьет вас, как только вы здесь появитесь».
«Это приказ», — чуть ли не зарычал Аэргар де Агадерр. — «Говори, где ты».
«Как офицер службы безопасности, я имею право не выполнять приказы вышестоящего лица, если они несут угрозу империи и императору», — усмехнулась немного грустно.
«Дионея!» — на секунду даже показалось, что я чувствую чужое отчаяние.
«Простите, Ваше Величество», — вздохнула и усилием воли оборвала связь.
— Дрянь, — щеку обожгло хлестким ударом.
Но я выплюнула кровь, посмотрела на Аймрика и ехидно улыбнулась.
— А знаешь, что теперь тебя ждет? — зло прищурился тот. — Есть способ вытащить сюда мальчишку и без твоего зова. Но ты при этом умрешь. Очень медленно и очень мучительно. Наслаждайтесь последними часами своей жизни, леди.
Отвесив мне издевательский поклон, он развернулся и вышел. А я закрыла глаза и устало выдохнула. Теперь, когда не нужно держать лицо, можно позволить себе секунду слабости.
За то время, что Аймрик Исс-Элетус рассказывал о своих планах, я успела просканировать место, в котором находилась.
Но мое преимущество в том, что он не ждет от меня никакой подлянки.
Закрыла глаза и расслабилась. Дыша медленно и ровно, как при погружении в транс, постаралась успокоить головную боль, чтобы ничто не мешало претворять в жизнь план по спасению. Сердце стало биться ровно.
