Темное ночное небо раскрывается грозовыми зарницами, искажая видимость окружающего мира. Одинокий воин на жеребце движется по темному лесу, ожидая прихода стихии. Отчаянный ветер подкидывает мелкие осенние листья в лицо, создавая предчувствие грядущего шквала.
Это естественная защита Первородного Пламени. Ты же знаешь, магия императора заметно отличается от общепринятой. Он постоянно окружен собственными щитами, закрывающими от любого внешнего воздействия.
— А принцесса? Ее я ощущаю.
— Они лишь носитель, не маг, — в фоне Рида проскользнула нотка мягкой нежности. — Алессандре было всего два года, когда случился прорыв, в котором погибли император с супругой.
— Так мало? — тихо произнесла я."
"— Да, — Рид кивнул и устало потер виски. — Они решили провести выходные в Ин-Ламоре, так называлось поместье западнее столицы, оставив Аэргара за главного в Эльнуире.
— И император тоже не справился с ним?
— Не смог. Никто не знает, почему. Только, когда Аэргар прибыл на место, в живых не осталось никого, кроме Алессандры. Ее сохранила магия. Но это страшное событие не прошло для девочки бесследно. Она испытала очень сильный шок, да и столь ранний всплеск силы оказался травматичным для ребенка.
Мы ненадолго замолчали, а потом Рид произнес, невидяще глядя куда-то далеко:
— Знаешь, Аэргар когда-то признался мне, что не верит в случайность гибели родителей. Ведь это странно, чтобы сильный, здоровый маг рода де Агадерр не смог закрыть банальный, в общем-то, прорыв.
— Подстроить такое невозможно.
— Знаю, — вздохнул друг. — Но я склонен верить Аэргару.
Я поежилась. Тревога Рида передалась и мне, и стало казаться, что сейчас под покровом темноты где-то совсем рядом могут твориться ужасные дела.
— Поэтому Алессандра особенно уязвима, — произнес Ридеон, заставляя меня отвлечься от своих мыслей.
— Не переживай, — я улыбнулась. — Мы не дадим ее в обиду.
— А по поводу императора — думаю, тебе не стоит даже и пытаться пробить его защиту. Просто прими это как данность.
— Что ж, придется работать в таких неприятных обстоятельствах, — вздохнула я.
— Слышал бы император, как ты называешь его «неприятными обстоятельствами», — хмыкнул мужчина.
— Я о ситуации в целом, а не о нем лично, — его слова заставили смутиться.
— Не думал, что доживу до момента, когда найдется тот, кому удастся застать врасплох непогрешимую Дионею, — поддел друг беззлобно.
— Да, — рассмеялась тихо. — Это был хороший щелчок по носу.
