В холодном мраке Карага измененные сталкиваются со слабостью в радиомолчании. Голос Вессема оживает через громкоговорители, заставляя их смотреть друг на друга под искривленными зеркалами правды и страха. Каждое слово кажется игрой судьбы в этот безмолвный час.
Сейчас еще один маленький тест и все.
— Так вы меня не отправите обратно за то, что я сидела в тюрьме?
Она улыбнулась своей фирменной улыбкой и ничего не ответила. Датчики с моей головы она тоже снимать не стала — наоборот, добавила новых куда-то в район затылка.
— Садись вот сюда, — она указала на кресло, рядом с которым на стене был закреплен темный монитор. — Давай руку."
"Я послушно вытянула руку, и она тут же перетянула ее жгутом выше локтя. Я вдруг заметила бейдж на ее рубашке: «Д-р Сагитта Эйсуле» и ниже буква S.
Подошел доктор Ланге — это был немолодой мужчина с прозрачными голубыми глазами и сединой в рыжеватых волосах. Пока доктор Сагитта Эйсуле втыкала иглу мне в вену, он подобрал провода, свисающие с моей головы, и подключил к чему-то за моей спиной, а потом резко, одним движением, пристегнул мои руки к креслу. Я дернулась, но вовремя остановилась, ничего не сказав — нельзя протестовать, как бы страшно мне ни было, даже если кажется, что с этого кресла я не встану уже никогда, останусь в нем, как те Измененные в подвале лаборатории Вессема.
Дыши, сказала я себе. Все в порядке. Это ради Коди.
Я перевела взгляд на Сагитту Эйсуле. В шприце, который она положила на стол, были остатки ярко-алой жидкости. Я смотрела, не отрываясь.
Нет смысла возмущаться. Я подписала «Информированное согласие» и разрешила им делать со мной все, что вздумается.
— Не волнуйся, Реталин, — сказал вдруг доктор Ланге. — Это просто еще один тест.
Приборы за моей спиной издавали какое-то чириканье. Кресло вдруг едва заметно качнулось.
Дыши, продолжала я уговаривать себя, дыши, вдох на четыре, выдох на три. Ты справишься, все будет хорошо.
Я представила, что держу Коди за руку.
— Выбери одну точку и смотри на нее, — сказала доктор Эйсуле.
Голос был искаженным и глухим, словно я слышала его через ватное одеяло. Я послушно уставилась на оружие в кобуре сержанта Хольта, но оно тоже как-то странно расплывалось.
Дышать стало сложнее, воздух сделался густым и входил в легкие тяжело. Я попробовала запрокинуть голову, и мир вокруг заколебался, пошел волнами, а потом вдруг окрасился зеленоватым. Я заморгала, и глаза начало щипать.
Я под водой, поняла я вдруг, и мгновенно задержала дыхание. Они посадили меня в какой-то чертов аквариум. Забыв о требовании смотреть в одну точку, я теперь отчаянно вертела головой.
