В холодном мраке Карага измененные сталкиваются со слабостью в радиомолчании. Голос Вессема оживает через громкоговорители, заставляя их смотреть друг на друга под искривленными зеркалами правды и страха. Каждое слово кажется игрой судьбы в этот безмолвный час.
Даже злость на Ди — что это вообще за теория, что скопированные личности совсем даже и не личности? — поутихла.
— Может, вернемся? — предложила я, наблюдая, как Эме в две затяжки скуривает сигарету и столбик пепла рассыпается, сливаясь с бетоном. — Холодно становится.
— А может, потом накатим? — с энтузиазмом предложила Эме.
— Джин-тоник, — пробормотала я, поднимаясь со ступенек.
— Можно, — кивнула она. — Крутой у него позывной. Я бы себе тогда взяла «Кровавая Мэри».
— Я думаю, это потому, что «джин-тоник» звучит похоже на фамилию Джехона, — заметил Ди.
— И что, это должно мне помешать взять позывной «Кровавая Мэри»? — раздраженно ответила Эме и дернула дверь на себя.
Мы гуськом двинулись кабинету Ворона.
— Кровавая Эме, — усмехнулся Ди.
— Слушай, умник, ты себе-то придумай крутой позывной!
— Можно только коктейли?
— Нет, — великодушно разрешила Эме. — Любой алкоголь.
— Виски, — сказал он.
— Банально, — фыркнула Эме.
— Тогда «Стингер».
— «Стингер»? Заедать водку мятной карамелькой — это не «Стингер».
— Я буду звать тебя Кровавой Эме до конца твоих дней, — пообещал Ди. — Рета, а твой позывной?
— Джин-тоник занят, — пожала я плечами. — Так что не знаю.
Мы завалились к Ворону и уселись прежним порядком на его операционный стол.
— «Шанхай», — предложила Эме. — Георге так называет свой самогон из водорослей — помнишь, мы пили, когда ты из тюрьмы вышла?
Кару повернулся и уставился на нас, забыв, чем занимался.
— Предпочла бы не вспоминать, — ответила я.
— «Ирландская автомобильная бомба», — выдал Ди свой вариант.
— Чего во мне ирландского? — помотала я головой. — К тому же это слишком длинно. Обойдусь пока без позывного. Борген, вы тут закончили или нет?
— Да, почти, — кивнул он и снова повернулся к экрану, на котором с безумной скоростью появлялся какой-то текст.
Кару достал комм и принялся не то фотографировать, не то на видео записывать то, что показывал ему Джехона.
— Ворон, выбери себе позывной, — сказала Эме. — Условие — это должно быть название коктейля.
— «Степная устрица», — ответил Ворон, не раздумывая ни секунды.
— Чего? — опешил Ди.
— А чего? С похмелья просто из мертвых подымает, — пожал плечами доктор.
— Нет, так нельзя, — возразила Эме. — Нужен алкогольный.
— Кто это сказал? Я врач, мне все можно. Ты, — он толкнул Кару в плечо так, что тот едва удержался на ногах, — закончил или нет?
— Да.
Кару убрал свой комм в карман.
— Ну и славно, — Ворон потянулся. — Так, этому — мешок на голову и выводите.
