В холодном мраке Карага измененные сталкиваются со слабостью в радиомолчании. Голос Вессема оживает через громкоговорители, заставляя их смотреть друг на друга под искривленными зеркалами правды и страха. Каждое слово кажется игрой судьбы в этот безмолвный час.
— Знаете, честное слово, это лишнее, — сказал он. Голос его из-под ткани звучал глухо. — Если бы это не было действительно важно…
— Но раз это важно, может, начнешь уже? — поторопил его Ворон.
— Это насчет вашего брата, — вздохнул Кару, и мы все замерли.
Я непроизвольно схватила его за руку.
— Насчет Коди? — сдавленно переспросила я.
— Да. Я навел справки, как обещал. Мой коллега Мартин — может быть, вы его помните?.. — Я смутно вспомнила мужчину, с которым познакомилась на вечеринке в «НейроКортИнн». Этот Мартин? — Его отдел занимается кое-чем для военных… И я боюсь, что у меня… не очень хорошие новости.
— Бросьте, — перебила я. Меня накрыло эйфорией. Он что-то узнал! По-настоящему что-то узнал о том, как вытащить Коди! — Плохой новостью было, что мой брат не вернулся из Вессема. Плохая новость — что мне осталось жить полгода. Вот плохие новости. Что бы вы ни узнали, это будет… ну, средняя новость. Если только Коди не превратился в Измененного, — я рассмеялась, но Кару почему-то не засмеялся вслед за мной.
— Рита… — Лицо Кару было серьезным. Таким серьезным, что мне захотелось вернуть мешок на место. — Насколько я понял, эксперименты возобновились несколько лет назад. С этого времени группа Мартина выполняет некоторые заказы… Это секретные разработки, и полного доступа у него, конечно, нет. Но сейчас на этой военной базе находятся пять человек с разной степенью… модификаций.
Эме шепотом выругалась.
— Модификаций, — повторила я. — Мо-ди-фи-ка-ций.
Слово не имело смысла. Ничего не имело смысла.
— Ваш брат был последним. Мне удалось выяснить не очень много. Они используют какой-то нейрокорректив — видимо, аналог вещества FX-116. И работают со связками оператор-измененный. Это все, что мне известно.
Я обнаружила, что стою, вцепившись в руку Ди.
— Как мне туда попасть? — спросила я шепотом. — Узнайте еще хоть что-нибудь, ну пожалуйста! Я что угодно достану, любое оружие, проползу по этим тоннелям, я свою армию соберу! Я должна вытащить оттуда Коди, пока… пока он еще человек.
Я зажмурилась и почувствовала, как Эме обняла меня и принялась поглаживать мою руку. Против воли из глаз потекли слезы, и я потерлась щекой о плечо. Перед глазами пронеслись картинки — фотографии, которые я видела в кабинете Амелии Лукаш, вскрытый череп Владимира Джехоны, трупы Измененных, искаженные, обгоревшие, и у каждого было лицо Коди.
