— Вы сможете ее узнать, если увидите?
— Во век не забуду.
— А мужчину?
— Я его почти не видел. Он мне двинул, как только я вышел из-за угла. У меня искры из глаз посыпались. Когда я рубанулся, они, наверное, перетащили меня. Я ведь упал на тротуар, а очнулся в этом холле.
Майлз замолчал и уставился на руки.
— Что-то еще, капрал?
— Тут еще… такое дело. Эта падла меня лягнула. Когда я упал на тротуар, она меня лягнула своей сучьей туфелькой. Я от этого рубанулся, а не от мужика. От этой остроносой туфельки.
Капрал Майлз жалобно поднял глаза на Калека:
— Зачем она это сделала? Я же совсем ее не трогал. Совсем не трогал.
* * *Появилась и умчалась «скорая помощь», увозя человека, избитого на пороге собственного дома. В десять утра крыльцо все еще было залито кровью. Детектив 3-й степени Александре Дельгадо беседовал на ступеньках с женой и дочерьми пострадавшего. Темноволосая женщина — миссис Хуэрта — вытирала носовым платком распухшие от слез карие глаза. Ее две дочери, празднично одетые по случаю церковного дня в одинаковые зеленые шерстяные пальто, черные лаковые туфельки и белые гольфы, были очень похожи на мать. Но в их широко распахнутых глазах виднелись любопытство, страх, непонимание, только не слезы. Толпа любопытных проталкивалась к крыльцу. Усталый патрульный безуспешно пытался ее разогнать.
— Расскажите подробно, как все произошло, миссис Хуэрта, начал Дельгадо.
Он, как и допрашиваемая им женщина, был пуэрториканцем. И так же, как и она, вырос в гетто. Не в этом именно, но в таком же, в предместьях Калмз-Пойнт-Бридж (говорят, что если вы видели хотя бы одни трущобы, значит, вы видели их все). Он мог бы говорить с ней на родном испанском, но на службе предпочитал пользоваться только английским. Миссис Хуэрта, стараясь вынести поменьше сора из избы, отвечать решила тоже на английском, который был понятен далеко не всем любопытствующим соседям.
— Мы шли в церковь на восьмичасовую мессу. Церковь вон там, на этой же улице. Пять минут ходьбы. Хосе, я и девочки вышли на улицу, и эти люди напали на него.
— Сколько их было?
— Четверо.
— Вы их знаете?
— Нет.
— Что произошло дальше?
— Они его начали бить.
— Чем?
— Ручками от метел. Знаете, если взять метлу и отпилить от нее ручку…
— Они что-нибудь говорили вашему мужу?
— Nada. Ничего.
— Он им что-нибудь говорил?
— Нет.
— И вы их не знаете? Они не из вашего barrio, района?
— Я их никогда не видела.
Одна из девочек взглянула на мать, но сразу же отвернулась.
— Si, que hay?[20] — немедленно спросил Дельгадо.
— Ничего, — ответила девочка.
— Как тебя зовут? — обратился к ней детектив.
— Пакита Хуэрта.
— Ты видела людей, которые избили твоего отца, Пакита?
— Да, — кивнула девочка.
— Ты знаешь кого-нибудь из них?
Девочка заколебалась.