В Белграде взрыв прогремел как призыв к борьбе против преступности. Самолет на пути к столице заполнителей, где каждый день борьба с ними становится более жестокой и опасной. Пассажиры в своих креслах дремлют, привыкнув к постоянным шумам — от моторов самолета до тихих голосов стюардесс, предлагающих чай и кофе....
— Комиссар держал трубку в руке, и Мигель вдруг почувствовал, что какое-то неведомое ему ранее чувство охватывает его.
В наступившей тишине слышалось тиканье настенных часов.
— Да. Я слушаю. — Комиссар повернулся спиной, и Мигель не сумел увидеть выражение его лица. — Не надо, — сказал вдруг комиссар изменившимся голосом, — доложите на месте. — Он повернулся к Мигелю. — Роберто убит.
— Не может быть! — это было единственное, что Мигель сумел произнести.
— Срочно машину, — крикнул комиссар в микрофон. — Одевайтесь, — предложил Мигелю и первым вышел из комнаты.
Уже сидя в машине, Мигель в тысячный раз задавал себе вопрос: как это произошло? — и не находил ответа. К отелю «Картер» они подъехали довольно быстро. У дверей уже стояли две полицейские машины и несколько газетчиков. Помещение «Нью-Йорк таймс» находилось буквально в нескольких шагах отсюда. Комиссар недовольно поморщился.
— Откуда они пронюхали?
К ним подбежал плотный, коренастый человек в застегнутом пиджаке.
"— Я ждал вас, господин комиссар. Полиция еще не знает, что произошло.
— А откуда здесь полицейские машины, Том?
— Это внизу, в баре, была какая-то драка. Вот и приехали. Говорят, в ней участвовал отпрыск Кеннеди. Он наркоман. Ну газетчики и набежали.
Никем не замеченные, они прошли в лифт и поднялись на этаж, на котором размещался номер Мигеля. Он только вчера покинул его. Длинный коридор и наконец дверь.
— Откройте, — приказывает комиссар.
Тот стучит, и дверь моментально открывается. В глубине комнаты еще двое сотрудников.
— Представители Интерпола, — тихо говорит Том.
Пока комиссар здоровается с ними, Гонсалес входит в комнату. На полу у самого окна лежит Роберто. Пуля попала прямо в сердце, и на рубашке уже расплылось большое красное пятно. Это должен был быть я, с какой-то отрешенностью думает Гонсалес, это стреляли в меня. Как сквозь туман он слышит осторожный голос представителя Интерпола: «…очевидно, стреляли из окна.
Комиссар выглядывает из окна.
— Том, — обращается он к своему помощнику, — в машине у меня двое ребят. Возьми их и осмотри вон то здание. И побыстрее, до приезда полиции. Гонсалес, — обращается он к Мигелю, — возвращайтесь в отдел. Постарайтесь разобраться, что там все-таки произошло.
