Странно и трепещуще мне давно сны снились — во мраке тьмы я видела себя девочкой-попаданкой, пытавшейся выжить в мире, где каждый день был опаснее предыдущего. Но вот пришла очередь страсти на мою голову, и теперь я не знаю, кого из героев больше жалеть — их горячих тел или самого себя, попавшего в неведомый сон-книжный мир....
Только я любила о космосе читать: корабли, бороздящие чёрную бездну космоса, лихой инопланетянин, желающий тебя похитить и сделать своей.
Я хмыкнула. Кораблей с инопланетянами не наблюдалось."
"Пока я раздумывала, в дверь комнаты кто-то постучался, а потом её открыли, и вошла женщина в сером простом платье до пола, белом передничке, на голове огромная шапка-капор с рюшами. Она поклонилась и посмотрела на меня уставшим взглядом мутно-серых глаз.
— Госпожа Альрина, воду умываться подавать?
— Подавай, только у меня руки-ноги не слушаются, — сказала я нейтральным голосом.
— Так это от взвара невесты, — выдохнула женщина, — не беспокойтесь, к вечеру всё пройдёт.
— Взвара невесты? – вопросительно повторила я, стараясь осмыслить, как это у меня получается говорить не на русском, но думать на своём родном языке.
Волшебство в деле, не иначе.
— Вы сейчас плохо соображаете, госпожа. Взвар невесты всем молодым дают в брачную ночь, чтобы не страшно было.
— Хм-м-м, — задумчиво промычала я, наблюдая за служанкой.
Она достала из сундука длинную белую рубашку, почему-то пришло понимание, что это исподнее, которое под верхнюю одежду надевают. Это в какую старину я попала? А куда вообще я попала?
— Ой, госпожа, я помню, так боялась первой брачной ночи, взвара целый ковш выпила, ничего не помню, — служанка хихикнула. — Вы не переживайте, ваш муж, господин Райхорт, срочно уехал, сегодня ночью вы спокойно поспите. Гостями тётушка вашего мужа, госпожа Урсула, занимается, так что вы можете отдохнуть. Так, давайте встанем, — женщина стала разговаривать со мной как с умственно отсталой, потянула за руку и помогла слезть с кровати.
Идти было тяжело, ноги не слушались так же, как и руки. Служанка завела меня за ширму, там на высоком табурете стоял таз с водой, рядом кувшин.
— Вы сначала руки и лицо умойте, а потом я вас полностью оболью.
Женщина споро стянула с меня длинную рубашку, покачала головой, когда заметила на подоле бурые пятна, и, быстро скрутив исподнее, указала мне на таз.
— Да вы мойтесь, мойтесь.
Делать нечего, я кое-как умыла лицо, шею, потом служанка поставила на пол таз и сказала встать в воду ногами. Облила меня из кувшина тёплой водой, споро вытерла большим куском материала, который тут, наверное, заменял полотенце, и натянула на меня чистую рубашку. Чтобы расчесать волосы, она посадила меня перед небольшим трюмо, и я замерла, разглядывая новую себя в мутном зеркале.
Что же, мои предположения, что я попала в другое тело, подтвердились.
