Знай хлопок! Взвыла атмосфера ожидания и напряженной готовности — сто парней на трассе, каждый из которых считает себя лучшим гонщиком. Серый дымок и нестройная пальба смешиваются в небывалой музыке скорости. Глаза устремлены на мигающий ствол пистолета — игра на выживание, где победителем может стать только тот, кто силен духом и талантом....
— Нет, как вам эти приколы? — с обидой воскликнул Артист. — Посмотрите на него! Этот чокнутый, кажется, над нами издевается.
— ""Сумасшедший — что возьмешь?"" — процитировал Высоцкого Боцман, нажимая на газ.
— Короче, — подвел итог дискуссии Док, — поскольку сегодня нашему другу и соратнику лейтенанту Ухову исполняется ровным счетом тридцать лет, он взят в плен как заложник данного обстоятельства ровно на тридцать часов. По истечении указанного срока завтра вечером ты будешь возвращен великой российской психиатрии.
"— Мужики! — не находя других слов, промычал Трубач. — Нет, ну вы вообще, мужики… — Так куда летим? — на миг оторвался от дороги Боцман. — Командир, прошу целеуказания!
— Давай крути, — усмехнулся Сергей. — Сейчас в «Новоарбатский» — закупим провиант. После — за город и на Калужское. Есть одно тихое место… Еще через два часа их «джип» быстро катил от Москвы по направлению к Калуге по иссиня-черному накатанному шоссе. Уже вечерело и предзакатное небо начинало отливать золотистым металлом.
— Ну как, больной? — толкнул Док плечом сидевшего рядом Трубача. — Подправили тебе нервишки?
— Да теперь вроде нормально. Сгруппировался.
— Стало быть, кошмары больше не мучат и топиться не тянет, — заключил Артист. — И что это ты надумал, правда?
— Ладно, брось, Семен, — покачал головой Перегудов, — от такого срыва никто из нас не застрахован. Все мы не из железа.
— Хорошо хоть, мне позвонил, — сказал Док. — А то так и валялся бы один, бедняжечка.
Мчались по трассе, смеялись, сообщали друг другу разные новости. Все вместе не собирались давно, месяца три. Разнесла житуха, растащила по углам.
Уже переодетый во все гражданское — в новые синие джинсы, красную рубашку с белым орлом и легкую черную куртку с капюшоном на «молнии» (заехали по дороге в магазин «Русский Великан», приодели товарища), • — Николай преобразился, словно помолодел и окончательно смахнул с себя нервную хворь.
Но, узнав об утренней победе и выигрыше Боцмана на гонках, помрачнел и отвернулся к притемненному стеклу.
— Ты чего это? — пихнул его в бок Муха. — Завидно, что ли?
— Вот-вот, — не обернувшись, кивнул Трубач. — Оттого я и в больницу залетел.
Одни в Чечне этой легли ни за что, а какие-то отморозки в это самое время такие турниры затевают… — Слышишь, Боцман? — спросил Артист.
Хохлов не ответил. Он молча гнал тяжелую скоростную машину, все прибавляя ход.
