Знай хлопок! Взвыла атмосфера ожидания и напряженной готовности — сто парней на трассе, каждый из которых считает себя лучшим гонщиком. Серый дымок и нестройная пальба смешиваются в небывалой музыке скорости. Глаза устремлены на мигающий ствол пистолета — игра на выживание, где победителем может стать только тот, кто силен духом и талантом....
— Налево и к двери. Там открыто.
Бросок по пустому коридору был мощен и стремителен.
Покидая отделение последним, Артист тормознул, вставил особое устройство вроде маленькой отмычки в особую скважину особого «психиатрического» замка, и через минуту они уже бежали втроем через тенистый садик перед старыми, обшарпанными корпусами.
Как и предсказывал Док, самое трудное поджидало на выходе с территории. Те же десантники изумленно преградили им выход из калитки. Но Артист только и ждал этой минуты.
— Спокуха, ребята, — отрывисто выкрикнул он еще издали.
Свистков, криков, сирены тревоги они за собой не услышали.
За углом их поджидал черный «джип» «ниссан-патрол» с темными стеклами. При виде бегущей троицы из него выскочили Пастух, Док и Боцман.
Сергей шагнул навстречу.
— Здорово, симулянт! Вот где решил от нас спрятаться. Даже бороду отпустил.
Не вышло? — И обернулся к похитителям. — Благодарность в приказе! Задача решена за семнадцать минут. А ну погнали скорей отсюда!
Тут они все по очереди крепко обнялись с бородачом и со смехом набились в сразу просевший «джип» — похищенный был товарищем увесистым.
Наконец они снова были все вместе. Все шестеро.
— И чего это вы удумали, головорезы? — растерянно озираясь и все еще не веря глазам своим, повторял Коля Ухов, он же Трубач, когда битком набитый «ниссан-патрол» взревел и понесся в сторону Стромынки, выскочил на Большую Черкизовскую и помчался в потоке машин к Преображенской.
— Погоди! — сказал Пастух. — Выходит, не ты нам афишки рассылал?
— Какие еще афишки, вы что?
— Не он, ясно, — сказал Док. — Смотри-ка — чем дальше, тем интереснее.
— Да о чем вы хоть? — ничего не понимая, крутил головой Трубач.
— Ладно, — сказал Пастух, — о грустном потом… А почему мы приехали, попробуй догадаться.
— Случилось что-то? — спросил Трубач.
— Совсем, видать, тебе там извилины выпрямили, — покачал головой Пастух. — А ну соображай!
— Антидепрессанты! — авторитетно заключил Док, — Обычный эффект. Снижение интеллекта, притупление реакций, замедление умственных процессов. Какое хоть нынче число, не подскажешь?
— Да вы… вы что, мужики… Помните, что ли? — вдруг обомлел Трубач.
