Знай хлопок! Взвыла атмосфера ожидания и напряженной готовности — сто парней на трассе, каждый из которых считает себя лучшим гонщиком. Серый дымок и нестройная пальба смешиваются в небывалой музыке скорости. Глаза устремлены на мигающий ствол пистолета — игра на выживание, где победителем может стать только тот, кто силен духом и талантом....
Я разгадал тайну ваших вкладов — вы щедро вливали черные деньги в различные праворадикальные, националистические и профашистские движения по всей России. А денег для этого требовалось все больше — вы уже заглядывали вперед, в будущее. И тогда я понял, что мне необходимо проследить одну из ваших тайных сделок от начала и до конца. Мои друзья — коллеги из ФСБ — предложили подбросить вам идею с этим двигателем. Вскоре мы отследили по всем этапам — от Москвы до Вашингтона, — как вами была заброшена в ведущий американский авиакосмический журнал информация о наличии в России необыкновенного ракетного ускорителя и уникального топлива.
— Полная чушь! — воскликнул Клоков. — Я ничего такого не передавал.
И тут же спохватился. Но было поздно.
— Значит, это была инициатива Лапичева, когда он решил уже во всех смыслах «кинуть» вас. Впрочем, какая теперь разница… — Мы тоже перехватили эту шифровку, — сказал Голубков. — Она приобщена к делу.
— Но я вообще не знаю этих людей. И вижу их в первый раз, — сказал Клоков.
Пастух поднял руку:
— Это ложь. И я могу это доказать.
— Интересно как? — спросил Клоков.
— Пройдите, пожалуйста, вниз, — сказал Герману Григорьевичу сотрудник Генеральной прокуратуры.
И те, кто был наверху, оказались на первом этаже, в гостиной перед камином, где были Нифонтов, Щербаков и пятеро друзей.
Клоков с интересом по очереди оглядел Муху, Боцмана, Артиста, Дока и Пастуха.
