Между опытным следователем Станиславом Тихоновым и талантливым рецидивистом Лехой Дедушкиным разворачивается напряженная борьба. Это не просто противостояние криминалиста и преступника — это столкновение двух противоположных мировоззрений, где каждый играет по своим правилам в опасной игре.
Раздел Chitat.online для книги «Гонки по вертикали» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Между опытным следователем Станиславом Тихоновым и талантливым рецидивистом Лехой Дедушкиным разворачивается напряженная борьба. Это не просто противостояние криминалиста и преступника — это столкновение двух противоположных мировоззрений, где каждый играет по своим правилам в опасной игре.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Между опытным следователем Станиславом Тихоновым и талантливым рецидивистом Лехой Дедушкиным разворачивается напряженная борьба. Это не просто противостояние криминалиста и преступника — это столкновение двух противоположных мировоззрений, где каждый играет по своим правилам в опасной игре.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Гонки по вертикали» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я положил Лене на плечо руку:
— Пройдет несколько месяцев, и снова будет полно солнца, леса, яблок. Будет белый песок на пляже, лодки, сладкий дым над полем. Я бы хотел быть с тобой летом…
Лена пожала мне слегка руку и сказала:
— А разве сейчас плохо?"
"— Мне никогда еще не было так хорошо. А тогда будет еще лучше.
Я наклонился к ней. Ее глаза были рядом. В огромных тяжеленных ресницах. И губы. И снова ее волосы пахли подснежниками. Она положила мне руки на грудь и тихо сказала:
— Стас, любимый мой, маленький мальчик, не надо было нам встречаться, мы ведь никогда не будем счастливы…
— Почему? Я счастлив сейчас.
— Нет, это я счастлива сейчас. А ты уже мчишься в завтра, тебе нужно завтрашнее счастье, ты всегда мечтаешь жить в будущем времени. А я вся в сегодня. Мне ведь совсем мало надо…
Я твердо сказал:
— Мы обязательно будем счастливы. Я без тебя не могу ни сегодня, ни завтра…
Как же я мог сказать ей, что без нее нет никакого завтра? Ведь и тогда я знал это наверняка, как совершенно точно знал, что мы будем счастливы. Она провела ладонью по моему лицу:
— Ты веришь в себя?
— Я верю в себя, в тебя, в нас…
Лена покачала головой:
— Как же быть, если я не могу верить в себя, если я не люблю завтра, а у меня есть только сегодня?
Она поцеловала меня, и губы ее, полные, ласковые, теплые, были для меня колыбелью, океанской зыбью, каруселью детских снов, когда нет людей и событий, а только блаженство свободного падения и ощущение сладкой пустоты пришедшего счастья.
Не помню, был ли то сон или причудливо сместившаяся явь, потому что все кружилось, плыло вокруг в красных сполохах пламени из печки, и я крепко держал Лену, боясь открыть глаза, чтобы все не растаяло, не исчезло, не рассыпалось в прах. А она гладила меня по лицу ладонями и говорила:
— Стас, а, Стас! Сколько времени? Новый год уже наступил?
— Не знаю, ты же не велела брать сюда часы, — шептал я, не открывая глаз.
— Это хорошо, Стас. Я не хочу, чтобы двигалось время, я не люблю завтра. Я тебя сегодня люблю. Тебя в сегодня, тебя в сегодня, — повторяла она в полусне, и я тонул в ней радостно, как в светлом омуте, и весь мир, бесконечный, бездонный, замыкался в ней, и счастье становилось невыносимым, как боль, потому что я уже знал — завтра наступило, и никогда, никогда, сколько бы я ни прожил, я ни с кем не смогу снова войти в эту безмерную реку любви.
Она провела ладонью по моему лицу и сказала:
— Стас! А, Стас? Давай уедем отсюда…
— Когда? — спросил я в полузабытьи.
— Сейчас.
Я приподнял голову в увидел, что она плачет.
— Я не хочу, чтобы завтра приходило сюда, — сказала она. — Я хочу, чтобы все это навсегда осталось у меня в сегодня…
— Почему? — спросил я испуганно.
— Я хочу, чтобы через много лет — когда бы я тебя ни встретила — эта ночь была со мной.
