В пятницу вечером лица на соседние столики расступаются для более взрослого развлечения. Многие из них — мальчики с папиными кошельками, но мне нужно что-то посерьезнее. Столы переполнены взрослыми, готовыми насолить отцу в ближайшие дни.
— О, если вы не будете скучать, мы тогда поедем в мечеть, погуляем по окрестностям, встретимся тогда за ужином! — Мира радостно улыбается, ее переполняет предвкушение. — Мы тогда пойдем?
— Идите, дети мои, только не забывайте отзваниваться, я пожилой человек, буду переживать, — мысленно благодарю Бога, что бабулику удалось разрулить ситуацию, которая меня тяготит с утра. Аслан и Мира уходят, бабушка Тамара насмешливо на меня смотрит, Хадя заинтересованно.
— А ты выдумывала проблему, — встает с дивана, поправляет платок на голове.
Я достаю из шкафа пальто и шапочку для малышки, бабулик оставляет нас для сборов. Волнуюсь, это мягко сказано, меня колотит от волнения, от больших надежд на этот прием. Пытаюсь себя одергивать, не строить иллюзий, но мечтаю, что выйдя из кабинет московского психиатра, услышу голосок Хади. Услышу, как она будет перечислять все, что видит, будет тараторить без умолку, постоянно задавая важные и не очень вопросы, сама же на некоторые отвечать.
"Павел Иванович Буйнов имеет свой частный кабинет, он не только преподает психиатрию в университете, он еще и ведет прием пациентов. Мы приезжаем на такси, нас встречает милая девушка-администратор, проверяет нашу запись на прием, после этого предлагает чай-кофе.
— Алена, мне кажется, что сейчас не Хаде нужен психиатр, а тебе, — бабулик строго на меня смотрит, я присаживаюсь рядом с ней и Хадей, в сотый раз поправляю хвостики малышке.
— Котенок, если тебе дядя не понравится, мы сразу уходим. Ни я, ни бабушка не будем тебя уговаривать, — заглядываю в большие карие глаза.
— Сабаева? — в коридоре появляется довольно симпатичный мужчина за шестьдесят. Его улыбка меня моментально располагает к себе, на мгновение тревожное состояние отпускает. — Добрый день, очень рад, что вы приехали, — смотрит на Хадю, присаживается перед ней. — Павел Иванович, а ваше имя очаровательное создание?
— Она… — пытаюсь пояснить ситуацию ее молчания, но меня осождают строгим взглядом серых глаз.
