В пятницу вечером лица на соседние столики расступаются для более взрослого развлечения. Многие из них — мальчики с папиными кошельками, но мне нужно что-то посерьезнее. Столы переполнены взрослыми, готовыми насолить отцу в ближайшие дни.
По поводу вальса, буквально пару дней назад, договорилась с ним, что возьмем урок для пробы. Согласился. И это будет сегодня. Волнуюсь, как перед свиданием.
— Приятного аппетита, — появляется с улыбкой, скручивая в руках журнал.
— Спасибо. Ты рано, на тебя порцию не рассчитывала.
— Я на минутку. У меня через полчаса встреча.
— Ты про вечер не забыл?
— Благодаря тебе, помню.
— Это хорошо, — вопросительно смотрю на Давида, он разворачивает журнал. На обложке женская шея, часть подбородка, приоткрытые губы, соблазнительная ложбинка между грудями, и то самое колье, которое я когда-то примеряла у него в кабинете, стоя перед ним в одном нижнем белье.
— Красиво. Я даже хочу потребовать купить мне это украшение. От фотографии так и веет сексом.
— Идея увидеть это колье на твоей груди мне по вкусу, — совсем недавно Давид стал реагировать на мои фривольные шуточки адекватно, не хмурился, осуждающе за провокацию не смотрел. Совместный сон в одной постели пошел ему на пользу.
— В чем проблема? — приподнимаю вопросительно бровь, прищуривает свои кофейные глаза, усмехается.
— Так как тебе фотография?
— Надеюсь модель после этой фотосессии не залетела.
— Скажу больше, к ней никто не прикасался, кроме меня, — вспышку ревности тушу на корню, не давая ей разгореться до безобразных и разрушительных форм.
— Скажи мне, что она благополучно замужем и имеет шестерых детей.
— Замужем, по поводу детей — огорчу, не любит она младенцев, предпочитая сразу миновать период подгузников, первых зубов и бессонных ночей.
— Кошмар, а не женщина, — доедаю свой правильный обед, состоящий из белков, клетчатки и немного углеводов.
— Ты считаешь себя кошмаром? — присаживается напротив, подталкивая ко мне журнал.
— А причем тут я?
— Потому что на обложке это ты. Это те самые фотографии, которые я сделал у себя в кабинете. Ретушер довел их до ума, вуа-ля рекламный плакат готов.
— Ты хочешь сказать, что выставишь мои сиськи на всеобщее обозрение? А как же мораль и требование к скромному поведению?
— О том, что это ты, знают только ты да я.
— Сам себе противоречишь.
— В плане бизнеса я большой эгоист, могу иногда закрыть глаза ради будущего успеха. У меня к тебе предложение.
— Предложишь оголиться полностью?
— Только в моей спальне, — усмехается, сверкнув глазами, а меня обдает жаром, словно только что предложил пойти заняться сексом. — Нужно отснять новую коллекцию до конца недели."
"— Тут осталось пять дней, потом мы уезжаем в твой родной город.
