Автор
В краях Чёрного моря, где море чернеет на фоне темной ночи, Дамир открывает новое лицо жизни. Крутой ветер с моря душит и проникает до самой души, а буйные волны создают живописную картину природы. Это описание насыщенной эмоциями и полной природной силы Горькой полыни моей памяти, где каждый штрих рисует непредсказуемость и магию этих мест....
Карима была счастлива. Счастлива!
Равиль дарил молодой жене больше, чем праздник. Он отдавал ей себя. Обещал. На виду сотен глаз он обещал хранить их семью от невзгод и напастей. Защищать, быть верным, принести удачу, заботу, признавался в любви.
Через час молодой муж куда-то ушёл, шепнув на ухо Кариме, чтобы обязательно пошла за Кыванчем, когда тот позовёт, и держала сотовый телефон рядом, ей будет спокойней. Равиль что-то задумал, но что именно? Попробуй, угадай. Кыванч позвал жестом, она прошла сквозь толпу счастливо галдящих родственников, не забывая улыбаться в ответ каждому, несмотря на то, что все лица смешались в калейдоскоп впечатлений из звуков, запахов, красок.
Фары прорезали тёмную ночь, ароматы моря, сладости и ожидания влетали в открытое окно, кружили вокруг, щекоча рецепторы, даря сладкое, томительное ожидание.
Ноги ступили на мягкий, тёплый песок. Увязнув острыми каблуками босоножек, Карима тут же сняла их, почувствовав ступнями сначала тепло, а потом прохладу от набегающей воды.
Растерянно встала на берегу моря. Отчего-то совсем не было страшно, она полностью доверяла Равилю, понимала – ничего дурного с ней не произойдёт, напротив, ожидает сюрприз, но какой… Что же он придумал? Нетерпеливо переступила и замерла.
Не может быть! Просто не может! На Кариму по слабо освещённой части пляжа шёл Равиль.
За спиной Равиля яркой вспышкой засветился парус – кипенный, высокий, он парил над тёмной гладью моря, напоминая мираж или спецэффект в голливудском фильме.
– Прошу, – Равиль учтиво поклонился, подмигнув оцепеневшей Кариме, указывая на яхту.
– Это твоя… лодка?
– Арендовал на сутки, – с улыбкой ответил, игнорируя всплески воды и приоткрытый в удивлении рот молодой жены.
На борту их приветствовал капитан, насколько поняла Карима, и несколько членов экипажа. По бортам расставлены светильники, похожие на фонари, а стол между белых диванов сиял сервировкой и источал ароматы еды. Стало понятно – сладостей, какими бы божественными они ни были, мало. Карима была голодна.
