Автор
В краях Чёрного моря, где море чернеет на фоне темной ночи, Дамир открывает новое лицо жизни. Крутой ветер с моря душит и проникает до самой души, а буйные волны создают живописную картину природы. Это описание насыщенной эмоциями и полной природной силы Горькой полыни моей памяти, где каждый штрих рисует непредсказуемость и магию этих мест....
Долгое время спала с мамой, отдельно от Дамира, вынужденного ютиться на кровати и устраивать собственной женщине свидания на «нейтральной территории», пока малышка спит – гостиная, кабинет, ванная комната, под страхом, что рыжулька проснётся. Вряд ли она понимала суть происходящего между взрослыми людьми, а вот что мама больше не её безраздельная собственность – уловила моментально."
"Решить проблему помогла Кирпич, постепенно перебравшаяся в детскую, решившая, что детская кровать – лучшее место для сна, особенно в обнимку с маленькой хозяйкой.
Эля подскочила, натянула штаны, в которых угрожала свариться, футболку, бросила в Дамира шорты, сдёрнув окончательно брюки и, выскочив за дверь, рванула в ванную. Дамир быстро переоделся, пока рыжеволосый ураган с мохнатой подружкой не оккупировали территорию.
Ещё одна проблема, с которой столкнулся Дамир… Эля впадала в форменную панику, если не могла помыться после интима. И можно сколько угодно говорить про сомнительное действие спринцевания, как контрацепции. Можно показывать упаковку таблеток, которые Эля исправно принимает в одно и то же время, можно надеть для верности парочку презервативов – не играет никакой роли. Эля панически боялась забеременеть.
Первый раз он не сообразил, что происходит, списал нервный вид и агрессивное поведение на обычный ПМС, но всё повторилось на следующий месяц, когда Эля уже начала принимать оральные контрацептивы, а от презервативов не отказалась: «На всякий случай». Дело вовсе не в состоянии здоровья, которое у Эли оставляло желать лучшего, но не было критичным – она просто иррационально боялась беременности.
Дамир не собирался спешить со вторым ребёнком, тем более третьим, его устроит и единственная дочь.
Он был готов на вазэктомию – незначительное хирургическое вмешательство, навсегда поставившее бы точку в вопросе деторождения, во всяком случае, естественным путём.
