Замки и мрачные коридоры гигантского замка переполняют ароматом древесины и старой парфюмерии. Горничная Диана чувствует запах соблазнительной викторианской элегантности, которым окутан хозяин замка. Кажется, каждый камень затачивается в сексуальном угаре, пока она осторожно отступает от его приглашающих ласк, не желая нарушить неписанные правила чистоплотности монастырского образа жизни....
- Вырастите и полюбите хороших парней, а когда в сердце любовь живёт, его даже лорду-злыдню не достать.
- А если не полюбим? - робко спросила Ашка.
- Полюбите, - отрезала я. - Гарантирую... Не достанутся ваши бедные сердечки сволочи зеленоглазой...
Я с усилием потрясла головой, словно котёнок, «нырнувший» в миску с молоком и уже совсем другим тоном продолжила:
- Ну, что же мы стоим? Кто тут у нас самый голодный? Кто незаметнее всех доберётся до кухни? Там у нас пирожков видимо-невидимо. С зайчатиной, утятиной, с малиной, с ежевикой.
Споткнувшись, я осеклась на полуслове.
- Отрадно слышать, - прямо перед нами, усмехаясь, стоял зеленоглазый лорд. - Вы так вкусно рассказываете, что я и сам проголодался.
Глава 39
- Так откуда, вы говорите, взялись сии чудные создания? - не терпящим отказа тоном вопросил зеленоглазый.
Ешка с Ашкой глазели то на меня, то на лорда, при этом держались не только за мои руки, но и за юбку. На всякий случай.
- Так я вроде ничего такого не говорила, ваша милость, - я попыталась присесть в книксене, но вышло откровенно плохо: когда в тебя вцепились четыре крохотных кулачка, нечего и думать об изящных приседаниях.
- И всё же?
Зеленоглазый смотрел на меня так, словно впервые видит. И это откровенно нервировало. Пальма у меня на макушке выросла в этом клятом портале, что ли?
И не говорить же ему, что дети, - вместе со мной причём, - сюда те-ле-пор-ти-ро-ва-лись! Что это врата, причём врата из его замковой библиотеки притянули юных дарований!
К тому же теперь портал закрыт, я проверила, так что.
- Мне их Ани поручила, то есть от Ани, то есть. - залепетала было я, отчаянно соображая, как бы поизящнее соврать и при этом подставить не себя, я вредную горгорничную.
- Я понял, - перебил меня лорд, поморщившись.
Я осеклась, и он снова принялся вглядываться в моё лицо с какой-то непонятной мне жадностью. Раньше зеленоглазый так на меня не смотрел. Не позволял себе? Или тут что-то другое?
Да что происходит вообще?
- Вы позволите проводить их домой? - не без труда выудив из цепких детских пальчиков юбку и худо-бедно разгладив её, я подняла лицо на зеленоглазого.
При взгляде на меня тот сжал зубы, лицо застыло, словно камень.
- Передайте начальнику стражи, чтобы выделил провожатых, - сказал он и вдруг покачал головой: - Нет.
- Нет?
Я, если честно, совсем запуталась. Единственный плюс моего положения - ничего распутывать от меня, похоже, не требовалось.
