Я медленно приближалась к выходу из тесного автобуса, чувствуя непреодолимую дрожь в теле от давно забытых подростковых тревог. Эти воспоминания обновляли мою уверенность в себе и напоминали о том, что я не так уж и обыкновенная.
На что она только качала головой и сообщала, что не стоит так доверять мнению этой Асвейг, которая вечно говорит какие-то глупости, не ходит в храм Великого и вообще, занимается всяческими окультными науками.
Глава 30
Несмотря на то, что Маркас настаивал на том, чтобы я как можно больше времени занималась приятным ничегонеделанием и не покидала пределы дома, да и сама я соглашалась с ним, это отнюдь не означало, что я с утра и до ночи сидела возле окна и вышивала гладью. Конечно, я не лезла никуда, ощущая свою ответственность за ещё не родившегося ребёнка, но также я понимала и то, что позиция страуса ничего хорошего никому не принесла.
А затем сверить полученную информацию с теми образцами, которые я спрятала снова в тот же тайник в библиотеке.
И вздохнула с облегчением – ни один из них не имел ничего общего с тонким, изящным, словно летящим почерком любовного письма. То было начертано с лёгким наклоном влево, словно пишущий был левша или у него была травмирована правая рука… большие буквы красиво выведены и украшены множеством завитушек.
Ну, что же… как говорится, отрицательный результат – тоже результат, а в моём случае осознание того, что убийца вряд ли бродит где-то у меня под окнами – это ещё и основание для крепкого сна.
