Автор
В теплую летнюю ночь мы прогуливались по живописному берегу реки. Свежесть ночного воздуха и насыщенные цвета природы создавали неповторимую атмосферу. Между разными каскадами водопадов таяло оживление: серебристые рыбки, играющие в ясном ручье, привлекали нас и заставляли останавливаться наслаждаться моментом....
- Вы имеете в виду, что мои воспоминания о городе перешли непосредственно в его сознание? И теперь в нем существует точная копия города?
- Да, способность что-то точно копировать у мальчика врожденная - не забывайте, что у него фотографическая память. Возможно, и я тоже ему немного в этом помог.
- Но это не может быть точная копия. Потому что мое знание города не идеально, и я не могу утверждать, что моя память хранит лишь верные воспоминания.
Коясу кивнул.
- Город, который он создал в своей голове, может немного отличаться от того, в котором вы жили.
Это действительно было так. Пока я жил в городе, стена то и дело меняла свои очертания. Как оболочка живой клетки.
Коясу на мгновение сделал паузу, прежде чем продолжить.
- В любом случае, вам не нужно беспокоиться о том, какую сторону он выберет. Любой выбор будет правильным. Мальчик сильный, он обязательно выживет в среде, которая ему подходит.
Коясу снова скрестил руки на груди и посмотрел мне в глаза.
- Вы уже достаточно сделали для мальчика. Вы дали ему шанс попасть в новый мир. Я твердо убежден, что это было для него большой радостью. Можно сказать, что вы передали ему свое наследие. Да точно. Точно так же, как эта библиотека - мое наследие вам.
Мне потребовалось время, чтобы осознать, что имел в виду Коясу. Наследие? Что, черт возьми, унаследует от меня мальчик с желтой подводной лодкой на толстовке?
Коясу положил руки на колени.
- Ну, мне пора идти. Мое время истекает. Боюсь, у меня не будет возможности увидеться с вами снова.
Фигура Коясу становилась все более прозрачной, и вскоре он полностью исчез. Просто растворился в воздухе, как дым. Остался только старый деревянный стул, на который я долго и пристально смотрел. Я надеялся, что Коясу появится снова и скажет что-то еще. Но сколько бы я ни ждал, этого не происходило.
Я понял, что Коясу больше нет. Он попрощался с этим миром окончательно. И это было невыносимо печально. Пожалуй, даже печальнее смерти живого человека.
Печка продолжала мурлыкать, будто кошка. А за окном свистел ветер. Я подождал, пока догорит огонь, затем вышел из библиотеки и направился домой.
56
На следующее утро, войдя в библиотеку, я почувствовал, что она неуловимо изменилась.
