Утро — это не просто начало дня, а мощная магия, вырезанная в подкорке как гранитная партитура. Моя ненависть к утрам так же сильна и разумна, как чувство колодочника к своей цепи. Без этого напева — весь мир рухнет, словно мельница после потери дров. Я медленно возвращаюсь к реальности, но при этом еще больше утверждаю свою независимость от жесткого графика и радиоанекдотов....
— А это наша криминалистика. Эксперт научно-технического отдела Ной Маркович Халецкий, будьте знакомы.
Я протянула руку седому мужчине в пенсне, он вежливо пожал ее. Севергин, глядя через мою голову, сказал в это время:
— А вот и сыщик наш пожаловал. Мог бы, Стас, и поторопиться, у нас доктор новый…
Я оглянулась — в дверях стоял Стас Тихонов. Я его сразу узнала.
Дежурная часть Главного управления внутренних дел обеспечивает немедленное эффективное реагирование в соответствии с законом на сообщения о нарушениях общественного порядка: преступлениях, стихийных бедствиях и других чрезвычайных происшествиях.
Из инструкции5. Старший инспектор МУРа Станислав Тихонов
Я увидел Риту — и сердце, как зазевавшийся ударник, сделало паузу на три такта. И сразу же рванулось вдогонку, частя и сбиваясь:
— Рита?
— Здравствуй, Стас! Я так рада тебя видеть!
Сказала она это громко, искренне, и все наши молодцы, занятые своими делами, повернулись к нам, потому что ее голос как-то легко, без сопротивления перекрыл коммутаторный клекот, глухое бормотание Микито, диктовавшего что-то в селектор, металлическое чоканье телетайпа, скрученные в споре басок Севергина и фальцет Давыдова, смех Скуратова и Халецкого, которым Задирака вполголоса рассказывал анекдот.
— Ага, Тихонов и тут раньше поспел! — сказал Скуратов.
— Друзья встречаются вновь! — крикнул всегда боящийся опоздать Задирака.
— В молодости мы никогда не встречаем старых друзей, мы с ними только «видимся» или «созваниваемся», — усмехнулся Халецкий.
— «Эксперт» и «инспектор» — рифмуется? — спросил собаковод Одинцов, сооружающий стишата для стенгазеты.
— Вам, товарищ Ушакова, как начинающему эксперту, будет очень полезно пообщаться с Тихоновым! — обнадежил своим пронзительным голосом Давыдов.
— А-аригинально! — подбил бабки закончивший передачу Микито.
И только Григорий Иваныч ничего не сказал. Он смотрел, прищурясь, своими близорукими глазами, и мне на миг показалось, что он все знает про нас, про все то прошлое — давным-давно сгоревшее, засыпанное пеплом забвения.
