В хрущевке начинается непредсказуемый штурм надежд и мечт— один выстрел за другой, а в воздухе ползет ожидание судьбы. В этой простой квартире сгорают желания и разыгрывается комедия жизни и смерти, где каждый шаг определяется громом и малым шансом.
Спрашивать у них: «А в чем, собственно, дело, ребята?» — было все равно что дарить телевизор слепому. Дело было просто в плане добычи кого-нибудь вооруженного — не возвращаться же с охоты с пустыми руками!
Экипаж был слаженный, понимал друг друга с полуслов, которые в общей сложности не превышали лексикона Эллочки-людоедки: «Ого!» — означало «ПМ» 019732; «А-аа» — разрешение на него; «У-у-у (с последующим смешком)» — удостоверение частного детектива; «Эге-е!..» — контракт с клиенткой.
— Пройдите в нашу машину, — дал он мне возможность убедиться в соответствии своего интеллекта поплавку на форменной куртке."
"Один из блюстителей сел за руль «Ягуара», устроив мне место на заднем сидении «мерса» между двумя шустриками с автоматами. И меня повезли. Я следовал своему давнему и сотни раз оправдавшему себя принципу: не спрашивают — не отвечай. Правда, любопытство взяло верх, и до того, как мы приехали в дежурную часть ближайшего отделения, лейтенант поинтересовался:
— Куда направлялись?
— Домой.
— Откуда?
— От верблюда.
Он заткнулся, очевидно будучи проинструктированным, что лицензии на частную детективную деятельность выдаются лицам с юридическим образованием и бывшим сотрудникам правоохранительных органов, и если я что-то делаю, то несу ответственность за свою подследственность.
В отделении было светло и весело.
