Лицо ее было бледным, а под лунным светом казалось синеватым, как у покойницы, а губы были темными, словно покрытыми запекшейся кровью.
Вдруг вспыхнул свет — ослепительно-яркий. Это разом зажглись все свечи. Пропала женщина, пропал лунный лес, и все мы оказались в зале королевского дворца. Блистательные дамы и господа с удивлением оглядывались и поднимались с колен, кто-то проверял карманы, но бриллианты исчезли.
— Ха-ха-ха! Это лучшее колдовство, что я видел! — раздался хохот. Король смеялся до слез, промокая глаза платочком. — Боже мой, министр Грей! Вы были бесподобны! Никогда не думал, что лазать по березам — это ваше призвание! А вы, леди Фицалан! Не следовало так задирать платье! Хотя кружева на белье у вас удивительно красивые!..
Король откровенно веселился, некоторые лсьтиво хихикали ему в тон, но большинству придворных было не до смеха. Они зло посматривали на Близара, но тот был невозмутим. Поклонившись королю, он вернулся ко мне и взял бокал с вином.
— Жестокая шутка, — сказала я колдуну.
— Они знали, что это всего лишь иллюзия. Во всем виновата их жадность.
— Не думаю, что после этого вас будут любить.
— А мне и не нужна их любовь, — он взглянул на меня поверх бокала. — А что видела ты?
Воспоминания о колдовской женщине нахлынули на меня. Это и в самом деле было несмешной шуткой!
— Разве вы не знаете, что создали своей магией? — спросила я.
— Я создаю только общую картину, — сказал он. — Но каждый видит что-то свое. Мне показалось, ты звала меня?
— Вам почудилось, — ответила я быстро.
— В самом деле? — спросил он.
От необходимости отвечать меня избавили музыканты — они заиграли что-то веселое, и ко мне сразу подошел молодой человек, приглашая танцевать.
— Магистр ведь не будет против? — спросил он, приподнимая маску.
Но еще прежде, чем он открыл лицо, я узнала его по голосу — Оливер же Шанкло. Это он приглашал меня.
— Если дама согласна, я тем более не возражаю, — отметил Близар холодно.
Мне не хотелось танцевать с Оливером, но оставаться сейчас с Близаром и продолжать разговор мне не хотелось еще больше. Поэтому я приняла руку виконта, и он повел меня на середину зала.
Танцевал он не так хорошо, как Близар, но зато оказался не в пример разговорчивее:
— Это ведь вы, Бефана? — спросил он. — Я сразу узнал вас!
Над нами взорвалась бомба с конфетти, разноцветные кружочки разлетелись метелью. Мне казалось, что мои бриллиантовые туфельки сами порхают по полу, и чтобы танцевать, не надо прилагать никаких усилий.
