Расследования возвращают его к жизни после невероятных событий. Теперь он стал свидетелем любви и предательства между юной врачихой и девушкой похожей на Ленку. Снова за границей, он готов揭开新的秘密，但每一步都伴随着危险和背叛的阴影。
Куда годится, что десять нумеров? Подумал я — а ведь прав, сынок-то. У нас нынче каждый день по десять карет, которые по главному тракту, а сколько местных? В прошлом году бревен купил, в мае–июне отстроились, он опять — давай название дадим? Сначала пытался уговорить, чтобы я постоялый двор какой-то Буратиной обозвал. Мне-то бы посолиднее что-то, а он заладил — нужно по моде.
Правильный у дядьки сынок. Ишь, сказки наши читает. Еще хорошо, что сам хозяин их не читал, поэтому не станет спрашивать — не Чернавский ли автор?
Я изобразил на лице полное внимание, а хозяин продолжил:
— Я уж, даже, и согласился — нужно бы название, но какая там Буратина? И художника нет.
Вывеску (уже свалившуюся) гостиницы «Москва» с Медным всадником я видел.
— В коридоре из-за картин не темно? — поинтересовался я. — Небось, приходится постояльцам светить?
— А у нас все равно сбоку окон нет — стена глухая и там, и тут, — пояснил хозяин.
Ясно. Если торцы глухие, чего месту пропадать?
— Сынок, значит, посоветовал? — уточнил я.
— Ага. Санька-то как пришел, сынок ему целый вечер объяснял. И про аппарат этот, и про девку со звездами.
— Не говорил, что за девушка? — поинтересовался я с напускным равнодушием.
— Спрашивали у Саньки, — вздохнул хозяин.
— А что Прибылов?
— Сказал, что в Москве эту барышню видел, сам уже и не помнит, где именно. Не то на вокзале, из поезда выходила, не то в монастыре богомолицу увидал. Но то в Москве, — снова вздохнул хозяин. — Где же у нас-то таких красавиц найдешь?
Сказал бы, где эта красавица обитает, но не стану. Этак, узнает хозяйский сынок, свататься прибежит.
Нет, если что… я в том смысле, что если влюбится девчонка, то Анькиному счастью мешать не стану, но и торопить события тоже не буду. А Прибылов мог Аню как раз на перроне увидеть. Мы из вагона первого класса вышли, а он вместе с монахами шествовал. Глаз-алмаз у художника.
— Сам-то Прибылов где сейчас? — поинтересовался я.
— Да кто его знает? — пожал плечами хозяин. — Может пьянствует где, а может нанял кто. Он же, пока трезвый, то нарасхват.
