В душу заливалось теплое удовлетворение после заседания мирового суда, когда решение в мою пользу неожиданно наскочило в окно. Теперь я свободен от скверных обвинений и пытался понять смысл нового дня, полного загадок и возможностей. Книжная лавка города мечтала стать частью моего пути — вот что думалось мне....
Это что, бабулька все будущие кочаны на Маньку извела? И что она на зиму квасить станет?
— Ме-а-е! — радостно заверещала коза и одним прыжком соскочила с крыши.
Ё-мое, у меня аж сердце сжалось, а этой… белокурой бестии все равно. Мекнула и приземлилась на все четыре копыта, подбежала к старушке и принялась лопать листья.
— Манечка, зайка моя… — приговаривала старушка, умудряясь кормить козу, да еще и почесывать у нее за ухом.
— Ме-е-а, — быстренько поблагодарила Манька бабулю и опять захрустела капустным листом.
— Здрасть, тетя Рая, — поприветствовала Нюшка соседку.
Я поздоровался более чинно:
— Здравствуйте Ираида Алексеевна, рад вас видеть.
— Иван Александрович, с приездом вас, — ответствовала бабуля, потом вздохнула: — Прошу-прошу Нюту, чтобы козочку мне во двор поставила. Манечка, хочешь у меня жить?
— Ме!
Не иначе, согласна.
— Да хоть обоих забирайте — и Нюту, и Манюту, — махнул я рукой.
С этими словами ушел в дом. Пусть бабка забирает и Маньку и Аньку, во двор их ставит, привязывает, они там переблеиваться станут.
А времени-то у нас сколько? Царский подарок показывает шесть утра. И спать расхотелось. Что, придется на службу идти? Если на службу, то надо бриться. Горячей воды, естественно нет, печь не топлена, самовар тоже холодный. Козьей хозяйке выговор. Но мой «эгоист» на месте, сейчас хотя бы на бритье вскипячу.
Пока возился, явилась Анька.
— И что, не взяла тебя бабуля? — поинтересовался я.
— Не-а, она только Маньку берет, — сообщила Анна.
— Правильно, зачем бабулечке две козы? На двоих ей капусты не напастись. А я бы вас обеих отдал. И вам не скучно будет, и мне спокойнее. А то, развел я вас тут… Куда не глянь — кругом козы.
— Ме-ее, — отозвалась Анна, показав розовый язык.
— И это гимназистка шестого класса? — горестно вздохнул я. — Какой пример вы будете подавать?
— Кому я пример должна подавать? Вам, ваше высокоблагородие? Вам бесполезно пример подавать.
— Да хоть бы козе своей.
— За меня стыдно или за Маньку?
— За вас, мадмуазель. Манька — дитя природы, что с нее взять? А вы, как-никак, княжна.
— Манька, моя, между прочем, тоже аристократка, хоть и коза. И очень умная. И она не виновата, что княжна проспала, — заерепенилась сестрица козы, но потом сникла. — Ваня, мне стыдно… Чаю крепкого с тобой напилась, всю ночь не спала, под утро только заснула.
