В душу заливалось теплое удовлетворение после заседания мирового суда, когда решение в мою пользу неожиданно наскочило в окно. Теперь я свободен от скверных обвинений и пытался понять смысл нового дня, полного загадок и возможностей. Книжная лавка города мечтала стать частью моего пути — вот что думалось мне....
— Она тоже против, чтобы хорошего человека в медведя превратили.
Рассказывать, что на самом-то деле сказка уже написана, а почти половина «Обыкновенного чуда» отправлена Лейкину, я не стал. Вторая половина (даже две трети) пока у нас, а господин издатель и редактор сильно проштрафился, послав нам подозрительную ведомость. Мы тут ему письмишко отправили, пусть прочувствует. А потом следует в гости к нему сходить, разобраться. Если что — вторую половину сказки отдадим в другую газету. Договор-то мы на «Чудо» не подписывали, а сказку Николай Александрович уже начал печатать… Обрадовался, наивный… Читатели, не обнаружив в очередном номере продолжения, окажутся очень недовольны.
— Ох, беда мне с вами, с Чернавскими, — вздохнул император. — Один, вместо того, чтобы при дворе состоять, к киргизам убежал, второй в тундру рвется…
Хм… Любопытственно.
"— И вовсе не рвусь, — обиделся я. — У меня в Череповце дел хватает, наверняка, пока меня не было, что-нибудь да стряслось… Поубивали, небось, друг дружку, в покойницкой трупы лежат, ждут, чтобы я следствие начал вести.
— Александр Иванович, в Череповце, за время отсутствия вашего сына убийства были? — нахмурился государь. — Может, вы и докладывали, да я запамятовал?
— Никак нет, Ваше Величество, — тотчас отозвался отец. — Все убийства случились в бытность там судебного следователя Чернавского, преступники изобличены, пребывают под стражей. За последнее время все спокойно. И на территории судебного округа все спокойно.
А что, неужели императору докладывают о каждом убийстве, происшедшем в стране? С другой стороны — я бы не удивился.
— Тогда еще хуже, — вздохнул я. — Преступный мир затаился, ждет моего возвращения. А как вернусь, вот тогда…
Расслабился и опять получил тычок в бок. Спрашивается — что я такого сказал?
Кажется, государя воспитательная работа отца позабавила.
