Иван Чернавский возвращается к повседневным забота. Следователю предстоит разобраться не только со сложными уголовными делами, но и с собственными семейными проблемами. Между служебным долгом и личной жизнью герой ищет баланс, решая параллельно вопросы учебы и отношений с близкими людьми.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Господин следователь. книга шестая» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Иван Чернавский возвращается к повседневным забота. Следователю предстоит разобраться не только со сложными уголовными делами, но и с собственными семейными проблемами. Между служебным долгом и личной жизнью герой ищет баланс, решая параллельно вопросы учебы и отношений с близкими людьми.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Иван Чернавский возвращается к повседневным забота. Следователю предстоит разобраться не только со сложными уголовными делами, но и с собственными семейными проблемами. Между служебным долгом и личной жизнью герой ищет баланс, решая параллельно вопросы учебы и отношений с близкими людьми.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но это если знать — куда идти. Ладно, зато теперь знаю.
И даже вывеска есть. ""Редакція журнала «Осколки». Хм… А это журнал, а не газета? А я-то и позабыл. А то и вовсе не знал. Точно, это еженедельный журнал.
— Анна, держись скромно, но твердо, — сказал я Нюшке. — Не забывай, что ты, в первую очередь, мой литературный агент. Значит, какая твоя задача?
— Не допустить, чтобы автор потерпел финансовый ущерб!
— Умничка! — похвалил я девчонку.
На входе в редакцию нас встречал неизменный для питерских домов швейцар.
— Скажите, любезный, а господин Лейкин на месте? — поинтересовался я у швейцара.
Швейцар с некоторым недоумением посмотрел на мою форменную шинель, фуражку с гербом юстиции, потом перевел взгляд на Аньку. Не знаю, какие мысли его одолели, но он сразу же ответил:
— Так точно, ваше благородие, на месте.
— И где его искать? — спросил я, вытягивая из кармана двугривенный. Уловив взглядом недовольные мину Нюшки, сунул монетку в ладонь служителя.
— Вы, ваше благородие, на второй этаж пройдите, там справа. Пройдете сквозь комнаты, а кабинет Николая Александровича сразу за ними и будет.
Редакция журнала занимала четыре проходных комнаты, в которых сидели люди, Кто-то писал, а кто-то пил не то кофий, не то чай. А уж накурено-то было!"
"Перед входом в кабинет имелось нечто вроде «предбанника», потому что назвать это приемной, значило бы погрешить против истины. Полный бардак, иначе именуемый-ка творческий беспорядок. Зато там был шкаф, где на полках громоздились подшивки газет и журналов и стол, заваленный бумагами, а еще лохматый молодой человек.
Увидев меня, молодой человек строго сказал:
— Ну, наконец-то!
— А что такое? — удивился я.
— Вы должны были явиться третьего дня, а пришли только сейчас.
— С чего бы это я должен явиться к вам третьего дня? — хмыкнул я. — И еще — что это у вас за выражение такое — должен? Я лишь сегодня получил письмо от господина Лейкина.
Понятное дело, что здесь какое-то недоразумение, но очень не люблю, если на меня наезжают ни с того, ни с сего.
— Простите, а разве вы не судебный пристав? — сменил тон молодой человек. Секретарь или кто он здесь?
Упоминание пристава мне не понравилось. Это куда же я отправил рукопись?
— А пристав должен вывезти мебель? Или только ее описать? — поинтересовался я. Если так, то нужно искать другое издательство.
— Аванс не вернем, — тут же заявила Анька. Не то мне, не то секретарю.
— Какой аванс? — захлопал глазами секретарь. — И при чем тут мебель?
— Ладно, давайте-ка еще раз, — предложил я. — Я хотел вам представиться, а вы мне говорите про судебного пристава. Так вот — я автор, фамилия моя Чернавский. Собираюсь издаваться в вашем журнале.
— Господи, так чего же вы мне сразу-то не сказали? — встрепенулся секретарь.
