В душной осенью Москвы молодая горничная Милка усердно помогает больной хозяйке, словно пытаясь остановить стремительный разлив болезни по комнате. А вокруг шумит мир, словно отражение внутренней риторики: статная дама с карими глазами приходит, искрящимися как звезда над полумраком тускло освещенной комнаты....
Похоже, «Госпожа болотной равнины» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А кручина его такая – третьего дня, во время официального празднования Дня Середины Лета у господ Альвер, будет объявлено о помолвке его сына, вот и печалуется он, выходит, отступит хвороба, али нет. Велел сообщить всем домашним, чтоб вы не беспокоили его понапрасну.
На эту речь Матеи я торжественно поклялась, что не планирую беспокоить дядюшку, чего бы это мне ни стоило, а также проследить за тем, чтобы кто-нибудь не пробрался в его комнату и не нарушил его тревожный отдых.
Глава 38
Глава 38
Мимо кладбища идет ночью девушка.
Страшно трусит. Вдруг её нагоняет какая-то фигура:
- Боитесь? — спрашивает фигура.
- Боюсь.
- Я, когда живой был, тоже боялся…
Ну а в данный момент я смотрелась в небольшое зеркало, которое я выкопала из собственного гардероба и размышляла о том, как сделать свой лик ещё прелестней. Дело в том, что Марко не смог дать мне ясных рекомендаций относительно внешнего вида красивых, но опасных созданий с неприхотливыми названиями «вилы», так что в помощь мне были только лишь моя богатая фантазия и косметика.
С фантазией у меня всегда были некие неблагополучно разрешившиеся ситуации, впрочем, как и с использованием декоративки, так что я сейчас предстала в зеркале с «ликом черен и прекрасен»! Начало было простое и незатейливое: я соединила две простыни суровой нитью, получив некое одеяние, которое могло обозначать летящие одежды прекрасных вил. Правду сказать, что я, помимо того, что просто сшила два куска ткани, произвела ещё в них неотделимые улучшения, то есть прорезала две солидные дырки для рук и сообразила капюшон на голову, чтобы выглядеть максимально таинственно.
Крошечное дорожное зеркало в моих руках было не в состоянии полностью передать мой светлый образ, поэтому я осматривала себя, так сказать, посегментно. Первым делом я нанесла себе на лицо с таким трудом добытые белила. Нанесла в несколько слоёв, постепенно добиваясь идеально белого лица, с печатью жестокости и недосягаемости. Всё в рамках моего понимания прекрасного. Для увеличения притягательности нарумянила щёки и насурьмила брови, подвела губы кармином.
