На даче десять кустов смородины — красной, черной и белой. Убирают ягоды редко, чтобы не страдать от зрелища высохших жучков-ягод. Муж Дуни рассказывает, что в детстве их кошка регулярно приносила котят для топки в воде — так было принято избавляться от мертвых котенков....
Но с другой стороны! Ради чего мы зарабатывали, жилы рвали? Ради лишней банки икры? Заграничных пляжей? Пропади они пропадом! Вот для того и вкалывали, чтобы детям дать хорошее образование, мощный старт, и для того, чтобы не ждать, когда старики помрут.
Муж меня долго убеждал, что никакой моей вины, греха в мамином инсульте нет. Где тонко, там обязательно порвется. Тот сосудик в мамином мозге все равно бы лопнул, об этом и врачи говорили. Конечно. Естественно. Только одно маленькое уточнение.
Это был период, да и сейчас он еще не кончился, моей полнейшей беспомощности. Не перед внешними обстоятельствами, а перед собственными внутренними маниакальными проблемами. И главной мукой, признаюсь, был даже не грех перед мамой, а моя вдруг обнаруженная «природная грязь», назовем ее так.
Да, сын в детстве был не просто гиперактивный, он был гипер-супернепоседливый. Его нельзя было оставить ни на минуту или поворачиваться к нему спиной. Мама ходила за ним как привязанная. В противном случае все крушилось, разбивалось, вываливалось из ящиков и шкафов или он сам оказывался далеко: убежал на стройку или забрался в отъезжающий автобус.
