Автор
Вернувшись домой после неудачного карточного застолья, Дэниел, носивший титул графа Уинстеда всего лишь месяц, чувствовал себя немного потерянным. Его пьяный соперник прозвал его просто "Уинстед", и это имя, словно гром среди ясного неба, заставило Дэниела вспомнить о своем новом звании и обреченности жизни под этим псевдонимом....
Раздраженно посмотрев на кузена, девушка вновь повернулась к Фрэнсис, которая плакала так горько, что с трудом переводила дыхание.
– Она ушла… перед началом уроков… сегодня утром.
Дэниел посмотрел на свою маленькую кузину: глаза ее опухли и покраснели, щеки блестели от слез, а маленькое тельце содрогалось от рыданий. Она выглядела убитой горем и подавленной, и он вдруг понял, что чувствует себя точно так же. Попытавшись унять охвативший его ужас, он присел перед кузиной на корточки.
– Во сколько у вас начинаются уроки?
Девочка судорожно вздохнула и, заикаясь, ответила:
– В п… половине д… девятого.
Дэниел повернулся к Саре:
– Ее нет почти два часа, и никто мне об этом не сообщил?
– Фрэнсис, прошу тебя, – взмолилась Сара, – перестань плакать! И да, – она зло посмотрела на Дэниела, – никто тебе не сообщил. Да и с какой стати, скажи на милость?
– Не надо со мной играть, Сара! – предостерегающе протянул Дэниел.
– По-твоему, у меня игривое настроение? – огрызнулась та, прежде чем снова обратиться к сестре: – Фрэнсис, прошу тебя, дорогая, дыши глубже!
– Вы должны были сообщить мне об этом! – резко бросил граф, теряя терпение.
– Что? – перебила его Сара. – Что нам следовало? Терять драгоценное время, сообщая тебе подробности? Тебе, кто не имеет никакого отношения к нашей гувернантке? Тебе, чьи намерения…
– Я намерен на ней жениться! – резко оборвал кузину Дэниел.
Фрэнсис тут же перестала плакать и подняла на него глаза, полные надежды. Даже рыдавшие на скамье горничные вдруг замолчали и воззрились на графа."
"– Что ты сказал? – прошептала Сара.
– Я люблю ее! – заявил граф, только сейчас это осознав. – И непременно на ней женюсь.
– О, Дэниел! – воскликнула Фрэнсис, бросаясь к кузену с объятиями. – Ты должен найти ее!
– Что случилось? – спросил Дэниел у стоявшей с открытым ртом Сары.
Сара кивнула.
– Да, она у мамы, но из нее мало что можно понять: там написано, что ей жаль, но она должна уйти.
– А еще – что обнимает меня, – пробубнила Фрэнсис, уткнувшись лицом в полу его пальто.
Дэниел погладил девочку по спине, не сводя глаз с Сары.
– Нет ли в записке какого-нибудь указания на то, что мисс Уинтер ушла не по собственной воле?
Сара ошеломленно уставилась на него.
