Графиня Геймбах встречала гостей в теплой и уютной гостиной, где было повсюду огня от каминов. Хотя обычно зимой они разжигали камины для изоляции стены, здесь их использовали как быстрое обогреватели. Кухарка была лишенна возможности заваривать чай, за счёт того, что графиня хранила его в маленьком мешочке, чтобы не испортить вкус. Кофе, скорее всего, не укладывался в её бедность и нежданной нищете....
Эрик надулся, как мышь на крупу, и недовольно поинтересовался, уж не для того ли, чтобы трястись над ними, приставлена госпожа Блихер? И вообще, они ещё вчера обещали быть идеальными детьми и даже покорно выслушали тоскливую нотацию графа Штольке-Гембах о недопустимости своего поведения. Герман согласно склонил голову, мол, обещание соблюдается – дети идеальны. Я вздохнула, стараясь не обращать внимания на то, что Вольдемар, улучив момент, пихнул брата в бок, когда тот незаметно подкладывал ему на стол кусок масла из своей каши.
"Конечно, мне стоило бы внимательнее отнестись к его внезапному желанию одиночества, но радость от того, что его нет поблизости, напрочь отключила у меня всякое чувство неправильности.
Генрих, как и предупреждала меня горничная, был бодр и свеж, и просто лучился удовлетворением. Ни одного гордого или высокомерно-презрительного взгляда, которые делали его образ привычным и узнаваемым. Я с определённой долей любопытства размышляла о том, знает ли он о произошедшей вчера милой истории о заблудившейся (ха-ха, какая незадача!) княгине.
И статс-дамы, нервно вжимающие головы в плечи, и даже няня принцев, госпожа Блихер, изменившая своему всегдашнему добродушию, чувствовали себя не в своей тарелке и изредка кидали короткие испуганные взгляды в сторону княгини.
