Графиня Геймбах встречала гостей в теплой и уютной гостиной, где было повсюду огня от каминов. Хотя обычно зимой они разжигали камины для изоляции стены, здесь их использовали как быстрое обогреватели. Кухарка была лишенна возможности заваривать чай, за счёт того, что графиня хранила его в маленьком мешочке, чтобы не испортить вкус. Кофе, скорее всего, не укладывался в её бедность и нежданной нищете....
Я внимательно посмотрела на супруга, взглядом показав на печальных женщин. Неужели, его вечерняя задержка как-то связана с ними? Генрих загадочно улыбнулся и согласно мотнул головой. А, может… хм, кажется, лучше уточнить.
За закрытой дверью послышался скрип колёс инвалидной коляски и в столовую, помогая себе палкой, руками и цепляясь при этом за створки дверей, медленно вкатился генерал. Выглядел он… краше в гроб кладут.
Всё в том же сюртуке, застёгнутом на все пуговицы, с землистым цветом лица и мешками под глазами, дед имел вид тихого забитого беспомощного сироты.
- Дядюшка Отто! – глаза Генриха медленно, но верно поползли на лоб. – Вы почтили нас своим визитом?
- Да, если вы не против…. То есть, я хотел сказать, если не против госпожа графиня, разумеется, - тихо прошелестел дед и устроился в уголке, словно, не замечая устремлённых на него взглядов.
К слову сказать, я была нешуточно разозлена на этого старого паяца, мой муж взял себя в руки и по его лицу было сложно сказать, о чём он думает, Герман и вовсе был бесстрастен, как всегда.
Княгиня равнодушно скользнула взглядом по сгорбленной спине старика и отвернулась – что ей до какого-то убогого дедка? И только в глазах статс-дам промелькнул жадный огонёк скандальчика (кажется, эта провинциальная дурочка только с виду такая, а на самом деле, подумать только, злодейка и редкая стерва. Бедный, бедный граф и ни в чём не повинное его дитя!), тут же потушенный тяжёлым взглядом княгини, под которым они явно почувствовали себя неуютно и тут же стушевались.
Генерал, досадливо нахмурившись, решил, что ещё не всё потеряно и он должен отработать свой выход на максимум, то и дело кидая на меня трогательно-напуганные взгляды, тихим шёпотом попросил Иоганна положить ему немного каши в тарелку. Без масла. Да. И без мёда. Просто кашу.
- У господина генерала проблемы с желудком, - лучезарно улыбнувшись, пояснила я и радостно добавила: - Возраст, что тут поделаешь!
- Хорошо, что нам не пришлось есть такую кашу, - простодушно сообщил Дитрих.
Возразить на это было нечего, и все вернулись к завтраку. Казалось, даже Генрих не поверил обездоленному деду, более того, вид имел самый решительный! Возможно, он всё же успел немного ознакомиться с бумагами вчера. Но, я бы всё равно желала дать свои пояснения. В том числе и о том, что касается Дитриха и тех распоряжений, который отдавал дед в его отношении.
