Молодой дворянин Маркус едет в поход по запутанным тропам, не замечая темноты и опасности. Среди гнетущей однообразности его жизнь кажется особенно скучной, но упорство держит его шаги непрерывными, даже если дорога исчезает в безвыходном лабиринте.
– Третьеранговый, – недовольным тоном вклинилась в наш разговор Васька.
– Третьеранговый? – присвистнул Зареченский. – Прям как я. А почему вызвал-то?
– Понятия не имею, – пожал я плечами.
– Может быть, надо сказать Ивану Васильевичу? – спросила Эльза, которая, оказывается, тоже придержала лошадь и сейчас нагло грела уши.
– Эльза, – пристально посмотрел я на девушку, – запомни – если я что-то захочу рассказать боярину, то я так и скажу! Понятно? И если ты теперь действительно служишь мне, то отвыкая всё ему докладывать.
– Я поняла, боярич! – серьезно кивнула немка и пришпорила коня, посылая его вперед.
– Не совсем обычная школьная драка, боярич, – задумчиво произнес Егор. – Больше смахивает на предстоящее избиение."
"– Не спешите меня хоронить, – хмыкнул я. – И вот именно для того, чтобы избиения не было, сегодня будем тренироваться.
– Прости, боярич, но шансов у тебя нет, – пожал плечами парень.
– Посмотрим.
На этом разговор закончился.
А я же пытал понять причину вызова. То, что это всё неспроста, понятно и так. Но в голову не приходило ни одной стоящей мысли. Слишком много вариантов, и ни один не имеет подтверждения. Самый жизнеспособный вариант, что Каганов – это тот парень, с которым я столкнулся у выхода из гимназии, и который с легкостью меня уделал. Но зачем ему это? Впрочем, к чему гадать? Завтра всё выяснится.
Дома все на пятнадцать минут разошлись по своим комнатам, чтобы привести себя в порядок и переодеться в тренировочные костюмы.
Пока разминались, я обдумывал, как лучше действовать. Сейчас у меня нет повышенной чувствительности к боли. Значит можно выбрать другой стиль боя. Не избегать блоков и прямого столкновения. Но с другой стороны – я слишком плохо знаю, на что способны третьеранговые бойцы. Если они намного сильнее обычных людей, то блокировать их удары чревато переломами.
– Готов, боярич? – спросил Зареченский, сбивая меня с мысли.
Поглядев на готового к бою парня, я хмыкнул и кивнул. К чёрту гадать – надо пробовать!
В рукопашке Егор действительно был так себе. Но мне это не помогало. Скорость и сила! Этого ему хватало за глаза. И как бы я ни старался достать его, получалось где-то один раз из десяти. Да к тому же боец поначалу сдерживался.
