Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
Мне почти хочется разрешить ему поцеловать меня.
Чтобы Ленка, которая продолжает стоять сзади и наблюдать за происходящим, почувствовала хоть каплю того, что пережила я. Узнала, что пока ее эМЧе использовал ее и устраивал эмоциональный американские горки, обо мне он думал постоянно, меня ждал, меня хотел.
Не ее — меня!
— Ты не мог бы сесть? — Я отвожу голову, так и не дав притронуться к себе. — Нам нужно поговорить.
Дима прищуривается, вздыхает.
— Хорошо, Ванилька, но только если ты перестанешь играть в идиотскую молчанку и…
Он стаскивает куртку, вертит головой в поисках свободной вешалки.
И наталкивается на Ленку.
Пауза.
Такая тяжелая и убийственная, что мои нервы мгновенно покрываются морозной коркой с шипами.
«Спокойно, Маша, осталось совсем немного».
— Какого…! — В голосе Ленки та самая визгливая нотка, от которой звенит в ушах.
И, конечно, на нас моментально начинают оглядываться.
Какому-то нагло хмыкающему парню неопрятного вида я показываю улыбку из арсенала: «Только попробуй достать телефон».
— Может, вы оба уже, наконец, сядете? — стараясь сдерживать раздражение, говорю я.
Наверное, что-то в моем голосе звучит как надо, раз они все-таки садится напротив, но при этом Дима отодвигается от Ленки, как будто у нее бубонная чума.
Я должна быть умницей и держать на привязи своего внутреннего циника, но все равно ослабляю ему поводок."
"— А ты когда с ней спишь, потом сразу бежишь в душ и перестилаешь постель? — Это нифига не смешно, но я все равно хохочу.
Оба молчат как будто им зашили рты.
Долго.
Очень долго.
И видимо со стороны наша троица очень смахивает на героев «Прирожденных убийц», раз официант, потоптавшись в стороне, так и не решается подойти к нашему столу.
— Вы, типа, знакомы? — Ленка страшно тупит, хотя… Она ведь не видела в его доме чашку с моим именем.
— Просто заткнись. — Призрак успокаивает ее убийственно холодным тоном. И смотрит на меня так, словно ждет, когда же у меня сдадут нервы и я отведу взгляд.
«Не дождешься», — отвечаю ему одними губами, и еще сильнее прищуривается.
— И давно ты знаешь? — интересуется почти с иронией.
— Ну вот ты и озвучил сегодняшнюю тему заседания нашего кружка, — ерничаю я. — Хотя я думала над чем-то вроде: «Предатели и грабли судьбы».
