Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
— Если только вы не курьер — а на курьера вы точно не похожи — значит, ошиблись адресом.
Мужчина отступает назад, еще раз смотрит на номер на внешней стороне двери.
— Спутали корпус, — подсказываю я. — Третий с другой стороны, через двор.
— Прошу прощения, — незнакомец даже почти краснеет.
— Угу, — машу рукой я и захлопываю дверь перед самым его носом.
Мне этот букет с утра — как спица в сердце.
Я успеваю сделать большую чашку кофе и забросить на сковородку пару гренок, когда в дверь снова звонят.
И кто может быть на этот раз, у меня нет ни единой мысли.
Когда открываю дверь снова — эффект дежавю застает врасплох.
Тот же самый букет, только теперь «хозяин» сразу сует его мне в руки, заставляя пятиться обратно в коридор.
Обхватываю букет сразу двумя руками, одновременно пытаюсь сообразить, что все это может означать. Меня пришли грабить? Меня сейчас стукнут чем-то тяжелым по голове? Или это послание от Вселенной в духе: планируй ты что хочешь, а вот тебе мужик с цветами и разгребай все это теперь сама.
Незнакомец выразительно сует руки в карманы модного пальто.
Вид у мужчины кислый, если не сказать — потухший.
— Я хотел сюрприз сделать, — цедит сквозь зубы, словно каждое слово дается невыносимой болью. — А у нее там… Валентин.
Злая усмешка, пятерня в волосах.
— Сожалею, — говорю я, лишь бы не молчать.
Кивает, пытается отмахнуться, как будто все путем и нет повода для расстройств.
— Это вам, — тычет подбородком в сторону букета. — Простите, что разбудил.
Незнакомец уже идет обратно к лифту, когда что-то во мне заставляет его окрикнуть.
— Могу угостить кофе, — чуть-чуть шире распахиваю дверь. — И у меня есть гренки и малиновое варенье.
Мужчина останавливается, поворачивается на пятках и выжидает, немного щурясь, как будто боится, что неправильно меня понял и вот-вот угодит в неловкую ситуацию.
Отступаю еще дальше, уже почти полностью освобождая вход в квартиру.
— Я — Гарик, — представляется он, сует руку во внутренний карман пальто, достает оттуда паспорт и протягивает мне. — Это чтобы вы не думали, что я — маньяк. Ну или если вам вдруг не за кого выйти замуж.
— Маша, — называю себя, с самым деловитым видом беру его паспорт и быстро изучаю первые страницы. Нет отметок о браке или разводе, нет отметок о детях. По паспорту он все же Игорь, но раз Гарик — значит, Гарик. Улыбаюсь.
