Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
А ведь она далеко от образа идеальной женщины, которую я пыталась и отчаялась найти. Не пожилая и не полная, а чуть старше меня, стройная и даже с проколотым крылом носа.
«Не суди людей за внешность — суди за содержание».
— Чтобы я без вас делала, Катя, — улыбаюсь ей с искренне благодарностью, и она остроумно шутит о статистике агентств по найму на душу населения нуждающихся. — Спасибо, что вы такая безотказная. Я обязательно все это учту в ваших премиальных.
Она прощается с Лисицей, желает мне хорошего дня и сбегает «с корабля на бал — на свидание».
Я до чертиков завидую их жизни.
Наверное, уж там точно не штормит, не колышется и не бурлит, вынося на берег внезапных «Даш».
— Ну что, Лесоповал, — смотрю на дочь, как на сообщницу, которой собираюсь предложить план ограбления Центрального банка, — пойдем сегодня на горку?
Дашка всегда за любой кипишь, даже если не понимает, о чем речь.
А я просто не хочу сидеть в четырех стенах, чтобы не накручивать себя из-за ситуации, которая не имеет значения.
Мы выбираемся из дома где-то через час, и я прошу водителя отвезти нас в парк.
После угроз Лисиной как-то стала бояться высовывать из дома нос. Как будто под каждым кустом сидит человек и все, что я сделаю, будет использовано против меня. Но ведь пока что, хоть встреча с юристами еще не состоялась, я заочно одержала пару побед. И, самое главное, избавилась от Бакаева, а значит, у Лисиной больше нет ресурсов растягивать процесс, и она будет вынуждена действовать быстро.
Если бы не Стас, я бы до их пор ломала голову, как разбить опасный для меня тандем Лисиной и Бакаева.
Я спускаю Лисицу с рук и, приглядывая, чтобы она не лезла под ноги более старшим детям, позволяю своей малышке топать самостоятельно. Она тут же лезет в снег к какому-то пухлощекому мальчику, примерно ее возраста.
— Все хорошо, они же дети, — я смеюсь, потому что мальчик, как галантный кавалер, вот-вот накормит Дашу снегом с варежки. — Казанова растет — знает, что сначала женщину нужно накормить.
— Ох, весь в папу! — смеется женщина и, слово за слово, рассказывает, как познакомилась с мужем.
