Автор
Михаил чувствует жажду так острый вкус в губах и глазах. Курение стало неотъемлемой частью его жизни, пока не начнет страдать сердце. Он готов поехать на заправку за бензином, но сначала прокручивает идеи Тимура — планы веселого пятничного уик-энда в компании друзей и алкоголя. Неважно, что сегодня он может не попасть, последние дни оказались трудными....
Затем она продолжает бежать, но ровно до тех пор, пока не упирается в мою руку, которой я преграждаю ей дорогу.
Вскидывает взгляд, облизывает губы. Старается не подавать виду, что удивлена меня видеть. Не трясётся, не бледнеет. Ведёт себя стойко, хотя ситуация у нас с ней довольно-таки неоднозначная и сложная.
Прямая спина, вздёрнутый нос. В зелёных глазищах что только не читаю: презрение, злость и даже ненависть. Пока не пойму — это адресовано мне или нет?
— Привет, Лиса. Где твои веснушки?
— Привет, родственник.
В чёрных зрачках видны языки пламени. Такие же яркие и жгучие, как и её волосы.
— Без неё гораздо лучше, — отвечаю правдиво.
Цокает языком, складывает руки на груди.
— Медведь, скажи… А ты можешь посадить человека за решётку? Чисто теоретически? Прямо сейчас?
— Чисто теоретически могу посодействовать. Кого надо?
В этот момент замечаю в холле Руслана — своего преемника. Вскидываю руку, чтобы подошёл.
— Да есть тут одна, — отмахивается Алиса.
— Ты теперь не будешь выступать? Жаль, если так.
— Буду. Но в костюме на три размера меньше. И я вот думаю: убить обидчицу или наказать?
— Лучше наказать. Прайс тот же. Если надо — обращайся."
"Руслан подходит ближе и жмёт мою руку. Окидывает плотоядным взглядом Лису. Та бегло прощается и убегает куда-то вглубь коридора. Надеюсь, до убийства не дойдет. Алиса умненькая девочка, хоть и характер бунтарский.
— Ты совсем дебил, Яровой? — спрашиваю с раздражением. — Я же попросил не опаздывать.
— Долго рассказывать, почему так вышло. Небольшая авария. Если коротко, задний бампер в хлам.
— В хлам я превращу тебя, если ты столкнулся с самим Карасевым.
— Не, не он. Его тачку я помню «в лицо».
— Знаешь же, что без его весомого слова никто не поставит тебя на моё место.
— Да клянусь, что не он! Обычный мужик. Мы довольно быстро порешали.
— Твоё счастье.
Возвращаемся в зал, занимаем места.
В первый час я кое-как держусь. Во второй начинаю откровенно скучать. Судя по буклету — нас ждёт два танца и финальная песня. Скорее бы.
— О, Алиска моя, — шепчет Катя, указывая на эстрадно-спортивный коллектив.
На сцене человек двадцать. Лиса в первом ряду. В обещанном костюме на три размера меньше.
