Я…
Тень, радостно взвизгнув, подскочила, чтобы обрушиться на чёрный клубок, который откатился в сторону, а потом скоренько так потянулся к дверям старого дома, надеясь сбежать.
Выхлест?
Или что от него осталось?
Еремей не заметил. Рубит вон куски чего-то… сложно сказать. И хорошо. Тень впилась в тварь когтями и клювом, чтобы, разодрав, тут же поглотить. До меня донесся отголосок тепла и сытой радости.
Благодарности даже.
— Не за что, — буркнул я, сомневаясь, что тень поймёт. — Дядька Еремей… он уже того. Всё.
— Всё? — Еремей остановился. — Точно?
— Ага… только… это вот…
От покойника остались куски плоти и кости. И смотреть на них было отвратно.
— Уберём, — Еремей клинок отёр о жесткую траву. А потом на меня поглядел. Испытующе так… я же на него.
— Дядька Еремей…
Мысль, пришедшая мне в голову, показалось донельзя толковой.
— А вы меня драться не поучите? Ну… хоть немного… пока меня не зашибли.
Он хмыкнул.
И расхохотался.
— А ты этот…
— Оптимист?
— Чего?
— Человек, который верит в светлое будущее.
Смех заставил его закашляться, но Еремей сплюнул комок слизи и губы отёр. А потом, посерьёзнев, сказал:
— Я бы поучил. Но я… не тот человек, у которого надо учиться, мальчик.
— Так больше не у кого… а Мозырь всё одно от меня не отстанет. Верно?
— Толковый.
— И… если он дозволит… лучше уметь, чем сдохнуть, потому как револьвер удержать не способен. Или вот… ножом порезаться могу.
Драться я умел там.
Дома.
И давно… так давно, что и не упомнишь. Нет, про тренировки не забывал. И тренера у меня были титулованные, именитые, да… там, на татами, это одно. А вот так, чтоб мокрая грязная трава, ночь и твари — совсем другое. Савка так и вовсе у нас от тренировок далёкий.
— Я Мозырю не служу, — сказал Еремей зло.
— Извините. Я думал…
— Многие думают. Я сам по себе. Пока… с Мозырем ладим, но если вдруг, то и сам могу… уйти.
Или ему кажется, что может. Даже умные люди заблуждаются.
— Посмотрим, — он не дал точного ответа. Но мы оба друг друга поняли. — В дом пойдём?
— А как же! Мы ж полынью так и не нашли, — я сунул руки в карманы. — А мне за неё обещано было…
— Обещанного три года ждут, — не удержался Еремей.
Может, и так…
— Интересно же ж… я никогда не видел. На что она похожа?
— А вот найдёшь и поглядишь.
Он не стал убирать клинок. И револьвер зарядил, явно не спеша подходить к дому.
Найдёшь и поглядишь…
А и вправду, на что?
Глава 26
Глава 26
«Объединенными силами в Святске открыта стекольная фабрика по новейшей технологии. В три смены будут трудиться рабочие, создавая не только широкий ассортимент аптечных склянок, но и лабораторную посуду особой прочности. В составе этого стекла используются редкие компоненты, добычу которых удалось организовать и поставить…»
«Известия»
На что похожа полынья? На зеркало.