Море медленно вздыхало под тяжестью обломков, и его глухие стоны скрадывались в ночную тьму. Подавленное состояние после известий о трагедии на заставе переполняло сердце, смешиваясь с резкой злобой, что бросилась мне тогда в лицо капитану третьего ранга Конохову. Именно такую атмосферу и жестокость описывает эта история в гроте ущелья женщин....
Места, где пловцы могли оставить хоть какие-то следы, сбить ягель, помять березку, стронуть камушек с вековой замшелости, потревожить плавник в уютных бухточках, мы буквально прощупывали. У глубоких же бухточек, где могли быть выброшены акваланги, сходились вместе и рассматривали каждый сантиметр дна. Ничего подозрительного не находили. Девственная первозданность. Мы, однако, не успокаивались, продолжали искать. Особенно долго «прощупывали» устье Гремухи. У меня даже возникла мысль пройти по берегу вверх до перекатов, но она показалась мне нелепой: могли ли знать пловцы, что по маленькой речушке, отмеченной только на крупномасштабных картах, можно пройти до перекатов даже на катере.
«Осмотрим берег моря, с рыбаками на тоне поговорим, – решил я, – а на обратном пути пройдем по Гремухе».
Осмотрели противоположный берег Благодатной – ничего. Несколько километров по угору, гладкому, отшлифованному волнами, прошли быстро. Пост наблюдения, который здесь нес службу и с которым мы повстречались, ничего нового не сказал.
Вот и тоня. Рыбаки уже возвращались от ловушек, подгребали к берегу. Улов скромный… Всего две семги, да несколько пиногоров, толстых, как среднеазиатские дыни, только отталкивающе-неприятных, со множеством безобразных бородавок-присосок. Пиногор – это бочка с икрой. Ее в каждом пиногоре полтора-два килограмма. Она мелкая, синеватая, но довольно вкусная. Готовить ее просто и быстро: посолил, помешал через несколько минут палочкой, чтобы выбрать пленку, погодил полчасика – и можно браться за ложки.
– Не густо что-то? – приветствуя рыбаков, спросил я.
– Шторм идет, – пояснил один из рыбаков. – Вскорости начнется. А ушицу заварим. Хватит семушки на нее. И икорка на закуску враз поспеет.
Заманчивое предложение, но тогда не меньше чем на час придется здесь задержаться. А сегодня это для нас – непозволительная роскошь.
– Приятного аппетита вам. А мы как-нибудь в другой раз. Теперь же слюнки проглотим: пловцы еще не найдены.
– Выявятся, куда им деваться, если не утопли. А тут, если что, мы углядим."
"– Вы еще раз, пожалуйста, осмотрите влево берег. Если что, наряд на угоре, ему дайте знать.
– Пойдем, пойдем. Прям сейчас и пойдем. Ушицу, вернувшись, заварим.
– Ну, вот и хорошо. А мы – обратно. По Гремухе до перекатов поднимемся.
– Может, тогда, товарищ старший лейтенант, лощиной пойдем, – предложил Гранский. – Прямо к устью Гремухи.
Дельно. Видел я ту долину прежде.
