Автор
Глеб переглядывается с Саней в закрытом “форде”. Погода неожиданно стала жаркой — трещит металл под капотом даже без масла. Саня упрекает Глеба за неработающую кондиционерку, и они оба знают, что выжить в такой жаре потребует решительных действий.
Костяшка левой руки сбита, и у него нет обручального кольца. Или еще каких-то.
Длинными загорелыми пальцами давит на глаза и снова трясет головой.
Эта усталость выглядит очень натуральной. Страшно представить, что он из себя представляет, когда выспится по-человечески.
Резко отвернувшись, иду к кулеру и выхватываю из держателя одноразовый стакан.
— А здесь у вас что, опять задержание? — мотаю головой в сторону двери с орущей табличкой. — С виду все сходится, — намекаю на его благородную привычку спать на заданиях.
— Личное дело, — слышу за спиной.
— Какое совпадение, — оборачиваюсь, поднеся стакан к губам.
Глядя на меня исподлобья, тихо произносит:
— Если собираетесь вылить это не меня, я буду сопротивляться.
— Боже, что это? — выгибаю брови. — Чувство юмора? Откуда?
— Я предельно серьезен.
— Как страшно, — бормочу, допивая воду и пряча улыбку.
Бросаю стакан в ведро и набираю еще один.
Подойдя к Стрельцову, останавливаюсь напротив.
Смотрит на меня с предупреждением.
В ярком утреннем свете вижу, что у него зеленовато-голубые глаза.
— Это для принятия внутрь, — протягиваю ему стакан, миролюбиво улыбаясь.
Скользнув глазами по моему лицу, переводит их на стакан.
Терпеливо жду, пока мозги у него проснутся.
Протянув руку, выпрямляется и встает рядом со мной в полный рост.
Смотрю вверх и делаю шаг назад. Он достаточно здоровый, чтобы давить габаритами, хотя на шпильках мне не нужно ломать шею, чтобы смотреть ему в глаза.
— Полегче, капитан.
Нос заполняет запах стирального порошка и мужчины. Я завязала с мужиками. И этого хочу отправить к его собратьям. К той самой команде, которая трахает меня глазами, мечтая трахать по-настоящему, но только без гребаных обязательств.
Его шершавая горячая ладонь царапает кожу.
— Глеб, — представляется, тараня меня взглядом.
— Иди в задницу, Глеб, — вырываю руку.
За спиной скрипит дверь.
Отскочив в сторону, вижу, как из кабинета Чернышова, сверкая глазами, выходит его бывшая жена. Растрепанная и покрасневшая. Увидев меня, сжимает губы. Обычно в такой ситуации всем гребаным женам нашего городского бизнес-сообщества я отвечаю соразмерно — раздражающими улыбками, но сейчас мне в самом деле на нее плевать.
Отвернувшись к окну, стряхиваю ладонь.
