В тени мрачного подъезда, где воздух напоминает смрад уничтоженной кладки змеиной шерсти, медленно продвигаешься к закрытой двери. Открыв её хлипкой защёлкой и сдерживая вздох от нестерпимого запаха, чувствуешь себя вдвоём с оружием против всей жуткой тьмы улицы.
Алиса была моей подругой, поэтому знала о моей ситуации, а Макс узнал о ней случайно — когда проследил за мной до самого дома и застал всё это нелицеприятное действо.
— Мне очень жаль, — искренне произносит она, и в её голосе я не слышу ни капли фальши или отвращения: в конце концов, многие, узнав, что я дочь неблагополучных родителей, могли бы запросто потерять желание со мной общаться. — Но эти ребята не такие. Да, у них срывает словесные тормоза, и они начинают нести всякий бред, но при этом никогда не делают глупостей, — ну, по крайней мере, в масштабном смысле.
— А бывает и не масштабный?
Ксения улыбается.
— Ещё как. Жаль, что ты не застала аэрографию на их машинах — в свой последний большой загул они сделали себе татуировки и разрисовали свои машины.
— В каком именно месте они сделали тату? — нахмурившись, спрашиваю я.
Что-то я не припомню, чтобы видела что-то такое у Макса. Разве что она находится где-то в труднодоступном месте…
— На правом предплечье.
Мои брови удивлённо поползли вверх: как я могла не заметить на его руке тату?
«Очень просто, — отвечает внутренний голос.
С этим я не могу не согласиться: всякий раз при взгляде на них мозги словно отключаются. Думаю, если у меня в тот момент спросить моё имя, я вряд ли отвечу.
Поворачиваю голову в сторону Макса и натыкаюсь на его изучающий взгляд. Даже отсюда, хмурый и задумчивый, он выглядит таким красивым, что я просто теряюсь и никак не могу взять в толк, что он во мне нашёл.
— В общем, если вдруг они решат собраться вместе, не паникуй и не торопись сбегать он него, — продолжает девушка, пока мы с Максом играем в «гляделки». — Судя по тому, что я сегодня видела, ты ему очень дорога, и он ни за что тебя не обидит.
— Я знаю, что не обидит, — тихо выдыхаю я, потому что в первом утверждении Ксении слишком сомневаюсь.
Девушка тепло мне улыбается и бредёт в сторону входа, предоставив мне возможность идти с Максом.
— О чём вы говорили? — как будто без интереса спрашивает он, хотя я вижу его хмурый вид.
— Да так, ни о чём, — бормочу в ответ.
Пока что я не хочу делиться с Максом тем, что знаю о его развлечениях. Мне бы очень хотелось верить, что я никогда не увижу его в таком состоянии, но если всё-таки увижу, мне сначала надо подготовить свою психику к тому, что Макс — не мой отец.
