В тени мрачного подъезда, где воздух напоминает смрад уничтоженной кладки змеиной шерсти, медленно продвигаешься к закрытой двери. Открыв её хлипкой защёлкой и сдерживая вздох от нестерпимого запаха, чувствуешь себя вдвоём с оружием против всей жуткой тьмы улицы.
Алиса следует буквально за мной по пятам, и я стараюсь не оборачиваться словно жертва, которую преследует охотник.
Целиком погрузившись в свои невесёлые мысли, я совершенно не замечаю ничего вокруг и врезаюсь в чьё-то крепкое тело.
— Эй, детка, ты в порядке? — спрашивает Макс, хватая меня за плечи и спасая от падения, и я облегчённо выдыхаю.
Поворачиваю голову в сторону Алисы, которая столбом застыла в десяти метрах от нас и с удивлением и ужасом смотрит на то, как меня обнимают руки Макса.
— Она что-то тебе сказала? — слышу его рассерженный голос.
Просто качаю головой, вдыхая запах Макса, который успокаивает меня получше любых таблеток. А может всё дело в самом парне, в руках которого я чувствую себя в безопасности.
— Ого, мы, походу, профукали целый охренительный экшен, — слышу голос Лёши и отлепляюсь от груди Макса, чтобы посмотреть на его друга.
При этом парень так брезгливо морщится, словно его только что попросили съесть живую улитку. Пару секунд я ничего не понимаю, а потом до меня, как и до всех остальных, доходит, что он просто не в восторге от того, что Макс запретил ему ругаться в моём присутствии.
— Так что тебе сказала Алиса?
— Совершенно ничего, но её лицо сказало за неё всё то, что я так боюсь услышать, — признаюсь я, чувствуя себя при этом по-детски слабой."
"Максим целует меня в макушку — он вообще в последнее время очень часто меня куда-нибудь целует — и утыкается в неё лицом.
— Так, я, конечно, понимаю, что у вас — конфетно-букетный период, но можно мы хотя бы сегодня соберёмся мужской компанией? — пробурчал Егор. — А то ряды нашей банды и так потихоньку редеют…
Я по очереди обвожу глазами парней, ненадолго задержав внимание на Косте. Он в разговоры не вмешивался и вообще вёл себя странно… тихо, хотя, если судить по тому, что рассказывал Макс, все парни чудили одинаково.
