Утро началось уныло. Я только собралась подняться после долгого дневного отдыха, но заметка в газете привела меня обратно к кровати. В коридоре стучала горничная, и перед глазами неотрывно висела тонкая бумага с загадочными новостями – казалось, каждая страница затягивает мое сердце еще глубже....
Сапфир в обрамлении небольших бриллиантов.
Я невольно ахнула и попыталась отнять руку, испугавшись непонятно чего, но не успела. Кольцо, легко скользнув по моему пальцу, сидело теперь как влитое. Будто для меня и было создано. Тусклый свет от уличных фонарей играл на гранях камня – камня столь чистого и одновременно глубокого цвета, вобравшего в себя, кажется, все оттенки синего. Право, залюбовавшись, я не сразу смогла что-то сказать.
– Женя… – выдохнула я наконец, еще любуясь кольцом, – не нужно было, это ведь очень… дорого.
– Боже мой, что за мещанские речи я слышу от вас, Лидия Гавриловна, – свысока усмехнулся Ильицкий. И теплее спросил: – Так тебе нравится?
– Кажется, да… Просто я никогда не носила таких украшений. Граф Шувалов был очень щедр, но он всегда полагал, что лучшее украшение девушки – это ее юность… Женя, мне безумно нравится!
Не без труда оторвавшись от радужного перелива камней, я подняла глаза на Ильицкого. Он смотрел на меня как-то особенно тепло, пожалуй, даже с нежностью.
Но, к счастью, я вовремя вспомнила о наших зрителях за стеклом и отступила на шаг, резко меняя тон на куда более ироничный:"
"– И все же девушкам вроде меня лучше дарить отмычки.
– Я учту. – Ильицкий тоже вспомнил о зрителях. Еще немного помолчав, он сказал: – К слову, в твоей спальне тебя ожидает сюрприз – думаю, тебе понравится.
– Какой сюрприз? Не очень люблю сюрпризы… – отчего-то я разволновалась, но ответом меня Евгений не удостоил – он уже открыл дверь, и разговор пришлось закончить.
Вернувшись в залу, мы застали весьма оживленную беседу, с которой граф Курбатов немедленно обратился к Евгению:
– У меня, представьте себе, в эту среду именины…
– Поздравляю, – без энтузиазма поклонился тот.
– Спасибо… так вот, по этому поводу решено собрать в Березовом большую компанию: почтенная Елена Сергеевна с семейством уже пообещали быть, и Денис Ионыч согласился оказать честь. Был бы весьма рад вас, Евгений Иванович, и вас, Лидочка, видеть на этом празднестве. Выезжаем завтра, к полудню. Что скажете?
– Разумеется, ни за что не смогу вам отказать! – тотчас согласилась я.
