Диверсионный отряд под командой майора Райдона Куроки вышел в ночной поход. Температура воздуха неуклонно снижалась, днем и ночью оставаясь под восьмидесяти градусами. Солдаты носили специальные комбинезоны для минимизации тепловых потерь на свежем воздухе. Впереди лежал нелегкий поход к пограничным силам монголов, угрожающим окружить отряд....
— У вас приказ до последнего солдата оборонять этот укрепрайон?
— У меня приказ не допустить прорыва японцев через Номан к реке и занятия ими плацдарма на восточном берегу.
— Любой ценой?
— А это уже как выйдет, но у меня нет ни малейшего желания погубить здесь всех бойцов моей группы.
— Тогда я на вашем месте отвел бы оставшихся бойцов всех подразделений на окраину селения и организовал бы оборону там. Здесь японцы пристрелялись, до окопов достают их станковые пулеметы. Танкисты видят цели. Гаубичная батарея работает по наводке корректировщика огня.
Новиков улыбнулся и спросил:
— А вам, Николай Николаевич? Или вы отделяете себя от остального личного состава?
— Извините, капитан, я не так выразился.
— Ничего, но отходить, по-моему, уже поздно. Даже если мы применим дымовые шашки, то завеса поднимется только после того, как к рубежам подойдут японские танки.
— Да, мое предложение наивное, но пойми, капитан, этот рубеж тебе не удержать.
— А мы, товарищ полковник, попробуем.
— Я сержант!
— Тем более идите к своему отделению. Кстати, сколько у вас осталось бойцов?
— Трое. Один ранен. У них по две обоймы на винтовку.
— Гранаты?..
— Противопехотные наступательные вроде в достатке, оборонительных и противотанковых мало, несколько штук. Я сам пойду на танки.
— Вы вправе решать вопросы в рамках своих полномочий отделенного командира, но бой с танками только по моей команде!
— Это понятно. Разрешите идти?
— Идите, Николай Николаевич."
"Бывший полковник и командир бригады ушел к своему отделению, в котором кроме него оставалось трое бойцов, один из которых был ранен.
Неожиданно на КНП ввалился солдат.
— Это еще что за явление? — спросил Новиков.
— Прошу прощения, товарищ капитан, я посыльный от майора Филатова.
— Приятно, что он не забывает о нас. Но чего ради надо было посылать тебя сюда? Кстати, кто ты?
— Красноармеец Иванов, зовут Григорий.
— А что с прежним?
— Зайцевым?
— Да.
— Ранен он.
— Ясно. Так зачем прислал тебя комбат? Погибнуть вместе с нами?
— Вот и майор Филатов говорил, что тактическая группа, наверное, уже приготовилась героически пасть, защищая плацдарм.
— У комбата другое мнение?
— Да. В общем, так, товарищ капитан, вам требуется продержаться не более десяти-пятнадцати минут.
Новиков удивился и спросил:
— Что, неужели из корпуса к нам подошла дивизия? Только я что-то не замечаю ее полков!
— А вы с юмором, товарищ капитан. Никакой дивизии, естественно, нет, но есть кое-то другое.
