В Хароне нет времени или места — лишь бесконечные вода и теневые мертвецы, которые продолжают жить после смерти, цепляясь за остатки человеческого разума. Здесь действуют законы неопределённости как у Шредингера, где каждый миг может перевернуть реальность: ты можешь встретить живых или бездыханных в обалденных масках жизни и смерти....
Острая нехватка кадров судоводителей чувствовалась и тут — хоть и собирались сюда большей частью речники со стажем и семьями, но большинству руль четырехпалубника или стометрового Волго-Дона доверить было можно исключительно на просторах Ладоги, но никак не для проводки судна сквозь «игольное ушко» мостов Невы.
Я предложил отложить исход, и вернутся к нему через несколько дней. Мы тогда привезем толпу работников морского порта и решим вопрос без штурмовщины. Но сыграло соперничество речников с морским портом. Меня заверили, что и «сами с усами», справятся наличными силами.
Что интересно, когда все пошли курить на палубу, под начинающие пригревать лучи восходящего солнца, толпа жителей уже обсуждала переезд. Скорость распространения слухов явно превышает скорость света — что-то физики не учли в своих теориях.
Взлетели мы через сорок минут, в десять двадцать пятницы, четвертого мая в составе меня, Катюхи, Михаила и Юрьевича, обещавшего по дороге показать суда, на которые он послал катера с людьми для перебазирования всего нас заинтересовавшего в Уткину заводь.
Над заводом в Понтонном покрутились, осматривая еще два недостроенных катера на стапелях. Но нельзя объять необъятное. У нас и так караван намечается большой и разношерстный. Буксиры и теплоходы, катера и сухогрузы. Вот уж действительно «Исход».
Над линиями Отрадного сбросили пару жменей «кричалок» — вдруг и тут есть живые.
"Над Шлиссельбургом покрутились — мне показалось шевеление у достроечной стенки Фабричного острова. За пару виражей так и не разобрались, есть живые или показалось. На всякий случай сбросили жменю кричалок. Показал капитану на суда, стоящие у стен Невского судостроительного завода. Дважды ткнул пальцем в пару паромов, Норильск и Северодвинск, стоящих в западном углу заводской набережной.
